Онлайн книга «Рассказы»
|
Лачуга затряслась, когда снаружи поднялся вой ветра, издающий далекий, одинокий звук. Я кое-что услышал в нем. Что-то, отчего похолодел. То был скорбный, почти женский стон, вздымающийся и опускающийся, наполненный тоской. Потом он стих. Я продолжал говорить себе, что это лишь воображение, но понимал, что к чему. Модек оставался на коленях и дрожал, несмотря на тепло, исходящее от печки. Он выглядел так, словно хотел помолиться, и в текущей ситуации это казалось хорошей идеей. — Пытался позвонить, набирал 911, но услышал лишь помехи. Было четыре полоски, я должен был дозвониться. Он вытащил мобильник из кармана и протянул мне. Я не особо разбираюсь, но, похоже, все работало просто отлично. Я набрал 911 и дрожащей рукой поднес телефон к уху. На другом конце потрескивали статические помехи, но в основном стояла пустая, внимающая тишина. Звук, который услышишь, приложив ухо к стене заброшенного дома: звук похожий на приглушенное дыхание. Когда вверх по спине и вниз по рукам расползлись мурашки, я почти уверился, что на другом конце кто-то дышит. Я захлопнул телефон, вернул Модеку и смог сказать лишь одно: — Зимой на Пауке случаются странные вещи. Модек просто глазел на меня, приняв, наверное, за какого-то полоумного старикана. — Здесь вы в глухомани, мистер Модек, — сказал ему Голландец. — На Пауке ни у кого нет сигнала. Особенно зимой, в холода. Это э… атмосферное явление. — Что вы несете, черт возьми? — То, что тебе, сынок, стоило уйти со льда до темноты. После заката на Паучьем случается всякое. Вещи о которых чужакам, вроде тебя, знать не стоит. Модек продолжал стоять на коленях на льду, его лицо перекосило нечто среднее между оскалом и усмешкой. Просто пара деревенщин. Так он думал, и, возможно, был прав, а может — опасно неправ. Он родился и вырос в городе. Я не говорю, что это автоматически делает его дураком, но все же замечу — чтобы познать лед и прочувствовать его потенциал и опасность требуется нечто большее, чем модные гелевые перчатки, заказанные по почте, шмотки из микрофлиса и новая парка от L. L. Bean. С этим нужно родиться. — Что за гребаная рыбина у вас тут водится, — выдохнул он. — Какая тварь… — Это не рыба, мистер Модек, — Голландец, вытащил из деревянного ящика под сиденьем свой 12 мм дробовик «Марлин», вскрыл его и затолкнул несколько пуль в казенник. Я сказал: — Думаешь, это… — А что же еще? — кивнул Голландец. Модек перевел взгляд с меня на Голландца и снова на меня: — Не будет ли кто-нибудь из вас любезен объяснить мне, о чем вы говорите, черт возьми? Мой брат… блядь, мой брат, мертв… Думаю, я имею право знать, что происходит! — Нет, — сказал ему Голландец, — ни хера вы не имеете, мистер Модек. Потому что могу поспорить, что в городе вам говорили уйти со льда до наступления темноты. Сказали наверное, что это из-за метелей, шквалов, белой мглы, или еще чего-нибудь. Но я знаю, что вас предупреждали, а еще знаю, что вы оказались слишком тупым, чтобы послушаться. — Вы не имеете права так со мной разговаривать… — Ебало завали, — сказал я ему. — Теперь из-за тебя наши жизни в опасности. Так что будь добр, заткнись. Бедный Модек. Явился сюда с братом, типа немного расслабиться, снять стресс от офисного бытия, а быть может от докучливой жены, или выводка капризных детей… и получил это. |