Книга Рассказы, страница 641 – Тим Каррэн

Рико шёл первым с фонариком в руке.

Регина и Кетч держались сразу за ним. Рико жалел, что Джо Джека больше нет рядом. Тот знал дорогу. Они с Санни составили карту артерий под городом, но Рико решил, что, если идти прямо и не сворачивать в боковые тоннели, заблудиться невозможно.

«Знаменитые последние слова», — произнёс у него в голове циничный, обречённый голос.

Воздух внизу был тяжёлым и удушливым; в нём таился мефитический душок гниения, ядовитых газов и подземной сырости. Почти без остановки капала вода, а за пределами света что-то шуршало и разбегалось.

Их шаги, плещущиеся в воде, с гулом разносились по кирпичным тоннелям. Если кто-то или что-то находилось впереди или позади, скрыть своё местоположение они не могли.

Они брели по воде глубиной примерно в фут, среди гниющих листьев. Мимо проплывали мёртвые безымянные создания.

— Долго ещё по этому дерьму идти? — спросил Кетч.

— Думаю, квартала два, — ответил Рико. — Это выведет нас примерно туда, куда нужно. Будем надеяться, когда поднимемся, на улицах будет тихо.

— Ты правда в это веришь?

Рико уже и сам не знал, во что верит. Когда-то ему казалось, что он понимает, как устроен мир: ты рождаешься, живёшь, работаешь, умираешь и, если повезёт, успеваешь сделать что-нибудь хорошее, оставить после себя нечто, что переживёт тебя. Потом началась война. Потом погибло всё, что он знал и считал священным. И в конце концов всё привело к этому особенно мерзкому, отчаянному мгновению.

И всё же, каким бы разбитым он себя ни чувствовал и какой бы истёртой ни стала его надежда, он продолжал идти. Ни разу не замешкался. Остановиться означало сдаться, а если он сдастся, всё пережитое окажется бессмысленным.

Оно и так бессмысленно, разве не понимаешь? В конце концов всё бессмысленно, услышал он голос отца.

Но слушать не стал. Миазмы в воздухе и вправду вызывали тошноту. Это был не совсем запах гнили и протухшего тлена, а нечто сильнее — испарения духовного разложения, болезни и гноящихся ран. Рико всё ждал, что в луч света выползет какое-нибудь чудовище — огромное, бесформенное, вроде исполинской ухмыляющейся личинки.

Воображение.

Просто разыгравшееся воображение. Вот и всё. Можно было навешивать сколько угодно ярлыков, но суть оставалась прежней: он до смерти боялся. Чистый, безрассудный страх жил в самой его сердцевине, присосавшись к мягкому белому брюху, словно пиявка, и медленно высасывал кровь.

Хорошо, что рядом были остальные, иначе он бы сорвался. Совсем сорвался.

Они без особых проблем шли ещё минут тридцать, пока впереди не показался свет. Рико решил, что это хороший знак, но что-то внутри отшатнулось от этой мысли. В затылке появилось странное давление. Сначала оно ничего не значило… но потом он понял, что уже чувствовал подобное: когда Санни бросилась на мозг и была обездвижена, и когда Джо Джек впустил в квартиру то, во что она превратилась.

Они здесь.

Где-то рядом один из этих мозгов.

Я его чувствую.

Будто он посылает мысли, чтобы найти нас, связаться с нами.

Рико остановился и посмотрел на Регину и Кетча в луче фонаря. На их лицах не было ничего, что говорило бы о том же ощущении.

— Что такое? — спросила Регина.

— Ничего.

Но почему это чувствую я? Почему именно я?

Он не знал. В его мозгу было что-то, чего не было у остальных: адаптация, изменение, недостаток, дар. Но оно существовало и, чёрт возьми, делало всё, чтобы он об этом знал.