Онлайн книга «Аноним»
|
— Какая? — С той девушкой, отец которой постоянно звонил. Однажды он даже пришёл сюда. — Но это было два года назад. — Неважно, — говорю я. — Что произошло? — Но какое это может… — Она замолкает на несколько секунд. — Речь шла о молодой женщине. Её… Снова осекается и опять беспомощно смотрит на сестру. — Расскажи, пожалуйста. Я… Сузанне Классен кивает и прямо смотрит на меня. — Она была очень молода, думаю, не старше шестнадцати. Какой-то мужчина якобы насиловал её несколько дней. Девушку нашли на свалке. На полицейских фотографиях она узнала его. Ранее судимый сексуальный преступник, по-видимому, связался с ней через интернет. Михаэль защищал его и добился оправдания. Взгляд, который женщина бросает на сестру, меняется. На краткий миг мне чудится в нём упрёк. Всего несколько секунд, затем она снова поворачивается ко мне. — После этого отец девушки несколько раз звонил сюда. Обвинял Михаэля в том, что насильник его ребёнка свободно ходит по улицам. Я знаю только из рассказов Михаэля. Всё, кажется, становилось всё хуже, пока однажды мужчина не появился у двери. В конце концов Михаэль добился судебного запрета приближаться к нему. — Были конкретные угрозы? — уточняет Саломон. — Не уверена, но, по-моему, нет. Во всяком случае Михаэль ничего такого не рассказывал. Я снова обращаюсь к жене Корнмайера. — Вы знаете об этом больше? Может быть, что-то, чего не помнит сестра? — Нет. — Можете назвать имя мужчины? — Нет, я… не помню. Она закрывает лицо ладонями и начинает всхлипывать. Сестра подходит, обнимает её одной рукой и гладит по светлым волосам. — Госпожа Корнмайер… — осторожно начинает Саломон через некоторое время, но я прерываю её, поднимаясь. — Думаю, пока достаточно. Мы ещё свяжемся с вами. Ни одна не реагирует, и я добавляю: — Дорогу найдём сами. Когда дверь квартиры закрывается за нами, Саломон говорит: — Ладно, дело двухлетней давности мы быстро отыщем. Вопрос только, поможет ли оно. На лестнице я догоняю её. — Пока это единственная зацепка. — Да, к сожалению. — Она быстро смотрит на меня. — И всё же надеюсь, вы не собираетесь погружаться в старое дело, когда мы знаем: уже завтра на форуме начнут голосовать за следующую жертву. I. Он не отрывает глаз от счётчика. 356877. Проходит две секунды — ещё один. И ещё. И ещё. Они собираются, овечки, вокруг картины, которую он выставил им на обозрение. Блеют наперебой: одним нравится, других ужасает — но волнующим это кажется всем. Никто не остаётся равнодушным, никто не сохраняет спокойствия, каждый хочет участвовать тем или иным образом. Он тщательно обдумал, какой конец устроить адвокату. Во всяком случае не обыденный — публика заслуживает большего. Зрелище должно было впечатлять, но не заставлять немедленно отвести взгляд. Он читает, как они гадают о подробностях, которые полиция скрывает. Откуда столько крови? Ему выстрелили в рот? Нет, тогда кровь текла бы не по груди, а из затылка, и выглядело бы иначе… Сплошные знатоки ужасов. Пусть думают, что адвокат проглотил осколки, потому что был толстым, или истёк кровью, потому что заставлял других проливать кровь. Такие дешёвые метафоры ему не нравятся, но если толпа довольна… Самому ему нужно совсем другое. Он отпивает воды. 358248. Они стекаются со всего мира — большинство, конечно, из немецкоязычных стран, но голосуют повсюду. Существуют программы-переводчики, хотя картина, по сути, не нуждается в словах. |