Книга Аноним, страница 115 – Урсула Познански, Арно Штробель

«Можешь ненавидеть, ругать меня как хочешь, но пожалуйста, отзовись. Пожалуйста! Я очень беспокоюсь».

Больше получаса я одна в кабинете, поочерёдно смотрю на компьютер и телефон. Парализована. Виновна, бесполезна, беспомощна. Снова вижу лицо Софи, слышу крики и думаю: не придётся ли вечером пережить то же самое с Томом — только перед экраном и со смертельным исходом.

Если это случится, я не знаю, как жить дальше.

Даниэль, по крайней мере, откуда-то взял новые силы. Он врывается, коротко сообщает, что кадр из кафе разослан всем отделениям и СМИ, а Траян объявлен в розыск. Затем садится к телефону и идёт по списку, который Пиа поспешно составила.

— Я только что отправил фотографию, — говорит первому собеседнику. — Посмотрите и скажите, знаете ли этого мужчину.

Он ждёт. Ответа я не слышу, но он явно короткий. Следующий разговор похож. Челюсть Даниэля напрягается. Он с трудом держится и в конце сердито бросает трубку.

— У Легиона есть своего рода кодекс чести, — говорит, не глядя на меня. — Все братья, никогда не выдадут друг друга, безусловно верны. Если кто-то узнает мужчину, нам не скажет.

И всё же Даниэль звонит ещё дважды.

— Товарищество — не единственный принцип вашего кодекса! — наконец кричит он. — Там есть законопослушание и уважение к побеждённому врагу. Вы видели, что преступник делает с жертвами?

Вспышка ничего не даёт. В конце он сдаётся, вероятно ещё и потому, что Арендт вызывает его.

От Тома по-прежнему ни слова. Но телефон определили: где-то между квартирой и кафе, где он встретил легионера. В мусорном баке, — мысленно ставлю сама с собой.

Около пяти звонит Андрессен. Они наконец взломали аккаунт Blackjack, но все публикации исчезли. Ни переписок, ни сообщений, ничего. И никакого доказательства, что Blackjack был Фогтом.

Полоса Тома всё ещё вторая. За него голосуют, потому что предполагают: ничего не зарабатывает и сидит у людей на шее. К тому же преследователь. Такого не жалко — общий тон участников.

Чиновник остаётся первым, видимо, только из-за профессии. Государственных служащих оплачивает народ, а в ответ вынужден терпеть плохое обращение.

Но, может быть, меры безопасности действуют. Заявлений о пропаже пока нет.

Незадолго до семи Даниэль заглядывает.

— На сегодня хватит. Заберу машину из сервиса и лягу спать. Хочешь…

— Нет, ночую у себя, — перебиваю я. — Меня ведь нет в списке.

Кроме того, у меня планы, которыми не хочу делиться.

— Хорошо. Сделаешь одолжение и позвонишь перед сном? Мне будет спокойнее.

— Конечно.

После его ухода пишу Марселю через форум. Извиняюсь за поздний ответ и предлагаю встречу. Там же, где прошлый раз, в половине девятого.

Он отвечает почти сразу, словно только и ждал. Уверяет, что рад. Очень рад.

Мы сидим за тем же столом, Марсель в той же кожаной куртке. Но теперь, увидев меня, мгновенно вскакивает, обнимает и целует, будто такой способ приветствия давно принят. Я как можно мягче отстраняю его. Не получается. Сейчас не могу. Том не выходит из головы.

— Что случилось? — Марсель берёт за руку и усаживает рядом.

— Страшно, — честно говорю я. — После нового списка. Я так надеялась, что всё закончилось.

— Я тоже. — Он обнимает, и я кладу голову ему на плечо.

Это получается. И даже успокаивает.

— Ты писал, что переписка с Blackjack удалена, — говорю после появления напитков.