Книга Общество забытых мучеников, страница 25 – Анви Рид

— «Среди двенадцати один предатель. Приди, взгляни ему в глаза. – Реджис шагнул прямо к Иуде. – Плати монетой серебряной, – поднял руку с оболом, – убьешь его? Иль он тебя?»

Он встал на мыски, чтобы дотянуться до рта Иуды. Под его темными усами все это время скрывалось небольшое отверстие, в которое Реджис протолкнул монетку. Ноа был умным, поэтому быстро провел аналогию с загробным миром. Мол, предатель Иуда умер с монетой во рту раньше, чем убил кого-то. Конечно, черт знает, как чувак с фрески мог кого-то убить. Но все-таки хорошо, что сребреник впихнули в рот Иуде, а не кому-то из студентов.

— Словно копилка… – ахнула Соль.

Спустя секунду раздался щелчок. Звонкий. Почти оглушающий. И в тот же миг погасли оставшиеся свечи. Их обдало холодным потоком воздуха, который принес не только устрашающий вой, но и густой металлический запах.

— Черт! – выругалась Эбель.

— Нам нужен свет. – Голос Соль дрожал, ей точно было страшно, скорее всего, чертовски страшно, потому что чертовски страшно было и Ноа. – На кухне есть спички.

— Кто за ними пойдет? – вопрос Эбель был адресован тишине.

— Видимо, я, раз все молчат. – Ноа готов был расплакаться от осознания, что сейчас ему одному придется рыскать в кромешной темноте по долбаной трапезной, где только что произошла какая-то хрень. – Только следите за маньячеллой Фобсом! Он все еще опасен!

— Закрой уже свой рот, – бросил Реджис вслед.

— Спички должны быть в кладовке. – Соль говорила тихо, видимо, потому, что уткнулась лицом в кофту Эбель. – Будь осторожен, – добавила она.

Глаза еще не привыкли к темноте и, конечно же, Ноа сшиб по пути все стулья, пока пробирался на кухню. Он и не старался вести себя тихо. Наоборот, специально гремел. Так ему было спокойнее. Громкие звуки наверняка отпугивали нечисть и всяких там озлобленных духов.

Нащупав ручку, Ноа со скрипом открыл дверь. Профессора часто наказывали его дежурством по столовой, думая, что хуже, чем чистка картошки и мытье посуды, не может быть ничего. Но кухарка была очень мила и, пока Ноа драил кафельную плитку, подкармливала его оставшимися десертами и фруктами. Поэтому сейчас Ноа неожиданно благодарил профессоров за то, что даже без света он с легкостью вспомнил, с какой стороны была дверь в кладовую. Туда Ноа, кстати, никогда не заглядывал. Она вызывала лишь плохие воспоминания, возвращая его в детство, когда отец запирал его наедине с пыльными тряпками и пылесосом. Во всех этих вонючих грязных штуках обычно копалась мисс Ноттингем. Но сейчас ему пришлось шарить руками по полкам. Вонь в кладовке стояла дикая. Будто тут сгнила туша свиньи, которую должны были приготовить на прошлое Рождество. Сбив пару кастрюль, Ноа ударился головой о сковородку. Приложился коленом об косяк. Разбил какую-то стеклянную хрень.

— Нет тут ваших долбаных спичек! – крикнул он.

— Посмотри на самой верхней полке! – отозвалась Соль. – Они должны быть в коробке!

Ноа был высоким, чем всегда гордился, но до потолка достать не мог. Сходить за стулом было бы хорошим решением, но все еще крайне сомнительным. Хватаясь за полки, он пополз наверх. Полки прогибались и скрипели под его весом, но все же продержались до того момента, пока Ноа не нащупал спичечный коробок.

— Нашел! – оповестил он и махнул от радости рукой.