Книга Общество забытых мучеников, страница 113 – Анви Рид

— Это шрамы. – Эбель водила пальцами по черным линиям. – Зажившие порезы, следы от уколов?

— Да. Татуировки скрывали их от отца.

— Реджис… – горько протянула Эбель.

Но ему не нужна была жалость. Ему нужна была бунтарка, которая возрождалась на его глазах.

— Я рассказал тебе все, Барнс. И если ты сможешь меня простить…

— Не все, – вдруг сказала она. – Я знаю твой самый большой секрет, Фобс. Но прежде чем я его произнесу, скажи мне, как ты получил свой дар?

Реджис напрягся. Он вздернул подбородок и стиснул зубы до скрежета.

— Барнс…

— У нас исповедь, Реджис Фобс. Говори.

Он отодвинулся на край дивана. Скрестил руки на груди. Вдохнул и выдохнул. И, набравшись смелости, признался.

— Я убил своего брата. Так я получил свой дар. Ясно? Это ты хотела услышать? Этот секрет ты знаешь? – Кровь закипала. – В тот день мы сильно поругались, я хотел извиниться, но сделал только хуже. И стоило мне его коснуться, как в него ударила молния. Я не пострадал, но он умер.

— Тимо, – шепнула Эбель. – Его зовут Тимо.

— Откуда…

— Его призрак живет в нашей Академии.

— Черт… – Реджис откинулся на мягкую спинку и взъерошил волосы.

Лицо горело. Голова разболелась еще сильнее. Он не верил в это. Не хотел.

— Это ты приносил ему печенье на могилу? – Эбель опять придвинулась к нему.

— Его любимое. – Реджис прикусил щеку – С шоколадной крошкой.

— Реджис…

— Черт, Эбель! Почему ты мне не сказала? – Реджис бросил на нее злобный взгляд.

— У меня были на то причины. Мы оба молчали, потому что не хотели причинить друг другу боль. Я боялась тебе довериться. Боялась сделать хуже. Мы подозревали тебя, и нам нужно было убедиться…

— Убедились? – Реджис вскочил и сбил коленкой журнальный столик. Консервы пошатнулись.

— Не злись. – Эбель встала следом. – Я тоже могу закатить истерику и обидеться на то, что ты не рассказывал мне о моем прошлом. О нашем прошлом. Почему ты решил за меня? Почему думал, что лучше знаешь, что мне нужно?

Реджис не мог устоять на месте. Нервы были на пределе. Хотелось пнуть стол или громко закричать. С плеч спала кожаная куртка. По шее бегали мурашки, на лбу вздулась и пульсировала вена. Свет от фонаря слепил глаза, и, подойдя к окну, Реджис рывком задернул штору.

— Я думал, что убийца следует за мной, потому что он охотился на тех, кто был мне близок! Тимо, ты, Эрик, Ребекка! Я не хотел, чтобы он… – Реджис расхаживал по комнате взад-вперед. – Черт! Да он и тебя бы убил, Барнс! Я хотел тебя защитить! Поэтому не говорил! Поэтому не сближался!

— И ты защитил, – мягко сказала она.

— Знаешь, как мне было сложно! Сложно видеть жадные взгляды, направленные в твою сторону. – Он остановился и сделал вдох. – Сложно было наблюдать, как ты не замечаешь ничего вокруг себя! Как всем веришь! Рвешься на поиски убийцы. – Он сглотнул. – Твоя жизнь началась заново, Барнс. – Реджис подошел к Эбель и наклонился к ее лицу. – И я хотел, чтобы в этой жизни не было меня.

— Ты кретин. – Эбель впилась в него своими голубыми глазами, которые сейчас казались ему еще ярче, еще красивее. – И хватит кричать. Я тебя прекрасно слышу.

Воздух в комнате накалился. Стал горячим, почти обжигающим. Чиркни спичкой – и от огонька взорвется все вокруг. Реджис еле сдерживал себя. Он не хотел переступать черту, не хотел давить, но момента лучше не было. Он поцелует ее либо сейчас, либо никогда. И, схватив Эбель за ворот кофты, он притянул ее к себе. Она не сопротивлялась. Встала на мыски и положила ладони на его вздымающуюся грудь. Кажется, она и сама ждала этого. И так же сильно хотела. Их губы почти соприкоснулись. Ее сладкое горячее дыхание ошпарило нос. Реджис громко сглотнул и стиснул ее кофту сильнее. Холодные подушечки пальцев Эбель устремились к его шее и пробежали по затылку. Реджис погибал от каждого ее прикосновения. Они смотрели друг другу в глаза. Ждали дозволения. Ждали, когда желание победит в схватке со страхом.