Книга Общество мертвых и исключительных, страница 21 – Анви Рид

— Это Эбель Барнс. Я буду признательна, если вы поможете ей тут освоиться.

От голоса Вуд Эбель затошнило. Вообще от любых звуков ей сейчас становилось хуже. Вот бы все просто замолчали. Вот бы…

— Мисс Барнс? – мужской баритон пронзил голову, словно тысячи острых иголок.

Стеклянная стена все-таки лопнула и, разлетевшись на невидимые осколки, вонзилась в тело Эбель. Эбель схватилась за виски и сдавила их так сильно, как только могла. Вчера она лежала в гробу, но, кажется, умрет сейчас – и не на кладбище, а в хреновом кабинете хренова криптолога.

— С вами… все… в порядке? – Мужской, смазанный от слез силуэт двинулся к Эбель, и солнечные лучи, до этого врезающиеся в его спину, обожгли ее лицо.

Ответить она не смогла, но, кажется, за нее все сказали позеленевшее лицо и покрасневшие глаза.

— Воды! Срочно!

Каждый звук причинял невероятную боль. Нестерпимую. Ужасную. Медленно убивающую.

Я умру, я умру, я умру…

Слова разъедали мозг изнутри. Пытались достать воспоминания, напомнить о забытых днях, о матери и отце, о темноте под крышкой деревянного гроба. Они забирали Эбель в ад, в котором она должна была сгореть.

— У нее паническая атака, – догадался профессор.

«Закрой свой рот, хренов умник!» – разозлилась Эбель.

Она задыхалась. Царапала горло, спешно пытаясь расстегнуть трясущимися руками пуговицы на сарафане, и давилась слезами. Ноги предательски подкосились, но сильные руки поймали Эбель под локти, так и не дав упасть на пол. Ее усадили на стул, собрали волосы в хвост и принялись тыкать стаканом воды в лицо, но Эбель, кряхтя, хотела лишь набрать побольше воздуха в легкие.

Я умру, я умру… я…

— Все в порядке, милая! Все хорошо, – раздался рядом с ухом голос Вуд, и теплая рука легла на холодную грудь Эбель.

Горячая волна, словно электрический разряд, прошлась от кончиков пальцев ее ног до макушки и, остановившись в голове, медленно растеклась в ней патокой.

— Как ты? Пришла в себя? – медленно прошептала директор.

Она не отошла от Эбель и теперь гладила ее по спине, успокаивая.

— Дыши медленнее. – Мужчина, очень высокий и худой как палка, сел перед Эбель на колени. – Вдох, выдох… Вдо-о-ох, вы-ы-ыдох.

Эбель невольно повторила за ним.

— Что ты видишь за моей спиной? – спросил он.

— Окно… – все еще задыхаясь, ответила ему Эбель.

— И все? Кажется, там…

— Парты, стулья, стены, книги, – разозлилась Эбель. – Я не ребенок, меня не надо успокаивать таким тупым способом.

Тем временем дыхание приходило в норму.

— Сколько тебе лет?

— Девятнадцать. А вам?

— А мне побольше, чем тебе. – Профессор ухмыльнулся и вновь протянул стакан воды, который в этот раз Эбель приняла.

— Попей, девочка, – погладив ее по голове, попросила Вуд.

Директор источала розоватый свет и блестела, как Эдвард Каллен на солнце. Первый раз за день Эбель не хотела, чтобы та уходила и замолкала.

— Спасибо, мисс Вуд. – Сделав пару глотков, Эбель глубоко вдохнула и выдохнула.

— И часто у тебя такое? – Мужчина выпрямился и отряхнул складки на твидовых брюках. – Ну, я имею в виду панические атаки?

Он облокотился на парту, вновь закрыв собой солнечные лучи.

— А вы учитель или врач? Хотите поставить мне диагноз? Или дать совет, какие таблетки стоит пропить?

— Хочу узнать о состоянии моей новой подопечной. Всего лишь проявляю вежливость.