Книга Общество мертвых и исключительных, страница 122 – Анви Рид

— В Евангелии от Матфея, – начал Джосайя, – Спаситель говорит: «Неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших? Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его; и тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит».

— Все еще ни черта не понятно. – Ноа прислонился к мокрой стене и, поняв, что он испачкал свою джинсовую в желтый цветочек рубашку, принялся отряхивать с нее черную плесень.

— Речь идет о краеугольном камне. Безупречно ровном и лежащем в основании конструкции. Точнее, в ее углу. Поэтому и говорят: «На кого он упадет, того раздавит». Так как стена просто обвалится.

— Значит, нам надо искать камень в углу. Элементарно! – обрадовался Ноа.

— Вот этот? – крикнула им Соль.

— Еще элементарней!

Они подошли к ней и увидели идеально ровный обтесанный камень внизу угла капеллы.

— Только вот есть проблема, Ноа. Вытащишь его, стена рухнет, – напомнила Соль.

— Ну и хрен с ней.

Ноа наклонился и, обхватив камень пальцами, потянул на себя: получилось сдвинуть его на пару миллиметров, после чего из стены посыпалась пыль и мелкие камушки, разбивающиеся о пол.

— Ноа! – крикнул Джосайя и, схватив его за плечи, отшвырнул от стены.

Раздался грохот – Ноа споткнулся о свои же ноги и упал. Пока мистер Кэруэл помогал ему подняться и отряхивал его кудрявые волосы от пыли, Эбель задумчиво рассматривала камень в углу.

— Почему он так легко достается? – спросила она.

— Легко? – возмущенно запыхтел Ноа.

Он дул на свои покрасневшие пальцы с содранной кожей.

— Потому что это часть механизма. – Джосайя тоже склонился над камнем. – Кто-то уже вытаскивал его – это видно по отодранной плесени. Камень слишком чистый по сравнению с другими.

— Может, его можно заменить другим камнем?

— Или же он сам отъедет, когда мы найдем рычаг, – теперь Джосайя возомнил себя Беном Гейтсом. – Ну, что стоите? Ищите. Рычаги, кнопки, что-то такое.

Все, следуя его примеру, принялись щупать каждый камень стены.

Эбель вернулась к витражам. Они почему-то вызывали столько же вопросов, сколько и идеально чистый камень в углу капеллы. Но ни кнопок, ни рычагов вокруг них не было. Стекло тоже оказалось обычным стеклом.

— Кто это вообще? Непохоже на святую троицу, – сказала Эбель, смотря на витраж.

— Ну, в центре явно Иисус, – констатировал Ноа. – Распятый, кстати, – добавил он.

— Ну, как же, – удивился стоявший у противоположной стены Джосайя. – «Вели с Ним на смерть и двух злодеев. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону».

Эбель давно заметила, что мистер Кэруэл частенько любил что-то цитировать.

— На этом витраже изображен Иисус между распятий Дисмаса и Гестаса.

— Кто они?

— Благоразумный и безумный разбойники. Один из них хулил Господа, другой же раскаялся и признал Иисуса невинным страдальцем, за что тот забрал его в рай. Считается, что Дисмас был первым спасенным человеком, между прочим.

— Вот почему у Гестаса нет креста? – Эбель села на корточки и посмотрела в пустое отверстие, вырезанное в каменной кладке под витражом.

— О чем ты? – Джосайя подошел к Эбель.