Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 233 – Жоубао Бучи Жоу

Тяньвэнь с шелестом появилась в ладони Чу Ваньнина, и он, покосившись на главу, яростно выкрикнул:

— Вы снова смеетесь!

— Нет-нет, ни в коем случае! Я схожу за супругой и сразу вернусь, ха-ха-ха…

Сюэ Чжэнъюн унесся быстрее ветра и вскоре вернулся с обеспокоенной госпожой Ван. Увидев Чу Ваньнина, она обомлела и долго молчала, не в силах произнести ни слова.

— Старейшина Юйхэн… – наконец выдохнула госпожа Ван, едва веря собственным глазам.

Чу Ваньнин предпочел промолчать.

К счастью, госпожа Ван, в отличие от своего супруга, была целителем с по-настоящему добрым сердцем и не стала смеяться над Чу Ваньнином. Тщательно осмотрев его и прощупав пульс, госпожа Ван мягко произнесла:

— Духовная сила струится по вашему телу ровным, спокойным потоком, а само тело полностью здорово. Похоже, ничего не изменилось, если не считать того, что вы стали маленьким.

— Известно ли вам, госпожа, как это можно исправить? – спросил Чу Ваньнин.

Госпожа Ван покачала головой.

— Ваша рана, старейшина, была нанесена древним древесным духом, и, боюсь, это единственный подобный случай за всю историю этого мира. А посему мне неизвестно, как можно справиться с такой напастью.

Чу Ваньнин опустил густые ресницы и надолго замолчал, ошеломленный услышанным.

Госпожа Ван с жалостью взглянула на него и поспешила добавить:

— По моему мнению, старейшина Юйхэн, вы, должно быть, стали таким потому, что с ивовыми лозами в вашу рану попали древесные соки, обладающие способностью заживлять сломанные ветви и обновлять их. Вряд ли это злое заклятие, иначе бы его последствия проявились гораздо раньше. Полагаю, в рану попало совсем немного древесного сока, и он смог омолодить ваше тело потому лишь, что вы много дней подряд чрезмерно тревожились и переутомлялись. Возможно, вам стоит сперва хорошенько отдохнуть какое-то время, а потом посмотреть, что будет. Как думаете?

После недолгого молчания Чу Ваньнин вздохнул и ответил:

— Это все, что мне остается. Благодарю вас, госпожа.

— Не стоит благодарности.

Госпожа Ван окинула его еще одним внимательным взглядом и добавила:

— В этом облике вы совсем не похожи на себя, старейшина. Если не говорить, никто и не догадается, что это вы.

Она была совершенно права: даже сам Чу Ваньнин уже не помнил, каким был в свои пять-шесть лет. Сейчас же он глядел на свое отражение в пруду, понимая, что ничем не напоминает взрослого себя, кроме некоторых черт лица, и ему стало немного спокойнее. Подняв голову, он повернулся к Сюэ Чжэнъюну и сказал:

— Уважаемый глава, следующие несколько дней я проведу в уединении в павильоне Хунлянь, поэтому прошу вас позаботиться о Сюэ Мэне и остальных.

— О чем вы говорите? Мэн-эр – мой сын, Жань-эр – племянник, а Ши Мэй – ученик нашей духовной школы. Разумеется, я позабочусь о них, – с улыбкой заявил Сюэ Чжэнъюн. – А вы, пожалуйста, в первую очередь позаботьтесь о себе.

Чу Ваньнин провел в медитациях три дня подряд, но его тело так и не стало прежним. Его поневоле охватила тревога, и в таком состоянии он был бесконечно далек от того, чтобы «хорошенько отдыхать», как советовала госпожа Ван.

Однажды под вечер, когда Чу Ваньнин понял, что духовные практики никак не помогают, а растущее волнение вскоре сведет его с ума, он вышел из дома и, покинув южный пик, отправился на прогулку, надеясь немного развеяться.