Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 121 – Жоубао Бучи Жоу

— Мастер Ханьлинь?! – пораженно выдохнул кто-то.

— Совершенно верно, – улыбнулась ведущая. – Каждая из приворотных пилюль в этих коробочках изготовлена старейшиной нашей духовной школы, мастером Ханьлинем. Обычная приворотная пилюля может заставить того, кто ее примет, полюбить вас без памяти, однако действовать она будет лишь полгода, и подобрать к ней противоядие не составит труда. А каждая из этих пяти пилюль… – Она подняла повыше руку с зажатой в тонких пальцах коробочкой, и ее тон стал серьезным: – Каждая будет действовать целых десять лет, и противоядия от нее не существует.

— Что?

— Великое Небо, как такое возможно?..

— Мастер Ханьлинь – страшный человек…

Ведущая подождала, пока крики возбужденной толпы немного утихнут, и, улыбнувшись, продолжила:

— Дабы отличать эти приворотные пилюли от обычных, мастер Ханьлинь назвал их «пилюлями пылкой любви». Достаточно приобрести одну, растворить в воде и дать выпить раствор вашему избраннику или избраннице. Можете быть уверены: в ближайшие десять лет он или она будет пылко любить вас и ничто не изменит его чувств.

Какая-то девушка-совершенствующаяся из толпы громко спросила:

— И от нее правда нет противоядия? А если за эти десять лет я разлюблю своего избранника? Что, он так и будет продолжать таскаться за мной?

Со всех сторон послышалось хихиканье. Ведущая вежливо улыбнулась и ответила:

— Вы совершенно правы, госпожа. Именно поэтому хочу напомнить всем присутствующим о том, что от пилюль пылкой любви не существует противоядия и чувства вашего избранника иссякнут либо по прошествии десяти лет, либо в случае его смерти. Используйте эту пилюлю лишь в том случае, если мучительно страдаете от неразделенной любви.

Как только она закончила описывать товар, начались торги. Мо Жань поглядел вниз на покупателей, которые один за другим выкрикивали ставки, понял, что большинство из них – женщины, и невольно опешил.

— Просто жуть.

— Именно. В любви, которую обрели подобным способом, нет никакого смысла.

Мо Жань обернулся на голос Чу Ваньнина, взглянул на него и со смешком сказал:

— Учитель, вам с вашей красотой следует быть крайне осторожным. Если среди покупателей есть какая-нибудь ученица с пика Сышэн, она непременно купит такую пилюлю, вернется в школу и попытается тайком бросить ее в вашу чашку с водой, чтобы влюбить в себя. Но вы ведь до сих пор в трауре по возлюбленной, вам пока рано сходиться с кем-то другим.

Чу Ваньнин нахмурился и промолчал.

Он знал, что Мо Жань смеется над ним, и хотел было вспылить, но не смог: ученик впервые в жизни назвал его красивым, и это подкупало. Так что Чу Ваньнин лишь сжал губы в тонкую линию и отвернулся, показывая, что не желает опускаться до бесед на эту тему.

— С другой стороны, если ты готов дать кому-то подобное снадобье, это означает, что ты без памяти любишь того человека и страдаешь от его безразличия, – пробормотал Мо Жань, наблюдая за торгами.

Все пять коробочек купили очень быстро. Юноша вздохнул и покачал головой.

— Мне их жаль.

Некоторое время Чу Ваньнин молча разглядывал белоснежную стену ложи, а затем спокойно заметил:

— Если бы они по-настоящему любили своих избранников и избранниц, разве стали бы давать им эти пилюли? Ты еще слишком юн, а потому просто не понимаешь некоторых вещей.