Книга Сумерки Баригора, страница 135 – Софья Соломонова

— Вот и отлично. Спокойной ночи, святой отец.

— Спокойной ночи, Айя.

Следующим утром, когда Айя проснулась, Матиас уже сидел на своем спальном мешке и молился. Он делал так каждое утро: просыпался, когда первый отблеск солнечного света окрашивал горизонт, и проводил несколько рассветных часов в общении с Алором. Айя не стала мешать ему, вновь развела костер и подготовила отвар из каких-то трав, которые тоже нашли место в ее походном мешке.

Когда воздух вокруг наполнился немного горьким ароматом напитка, Матиас открыл глаза:

— Доброе утро, сестра Клиссейда.

— Доброе. Как ваша нога? – Айя налила отвар в кружку и протянула священнику.

Тот принял напиток и ответил:

— Все еще болит, но уже куда меньше, чем вчера.

— Нужно будет сменить повязку.

Матиас кивнул, делая глоток отвара. Его лицо перекосило, когда горький вяжущий напиток обжег язык. И все же священник смог проглотить варево.

— Что это? – спросил он, с недоверием глядя в чашку.

— Настой, притупляющий боль. Если мы хотим сегодня добраться до монастыря, вам нужно выпить его весь.

Матиас кивнул и, сделав глубокий вдох, в несколько больших глотков осушил кружку до дна. Опустив сосуд, священник резко выдохнул, как будто выпил что-то сильно алкогольное.

— Вы думаете, мы доберемся до монастыря сегодня?

Айя скептически оглядела Матиаса с головы до ног.

— У нас нет выбора, иначе нам придется голодать.

— Не думаю, что даже с вашим отваром и помощью Алора я смогу идти, сестра.

— Значит, мне придется вас тащить, святой отец. – Айя подмигнула священнику, и тот поспешил отвернуться. – Лучше пока съешьте.

Матиас, не поднимая глаз, взял лепешку из рук убийцы и тут же сунул ее в рот, старательно делая вид, что очень занят приемом пищи.

Пока он ел, Айя собрала их немногочисленные пожитки и потушила костер, тщательно затоптав его и присыпав черный круг на земле иглами, которые она специально собрала по округе. Закончив, она обратилась к Матиасу, который доел лепешку и даже успел свернуть и убрать свой спальный мешок:

— Подставляйте ногу.

Священник послушно вытянул вперед ногу, плотно обернутую пропитанным зеленым соком растений бинтом. Действуя нежно и осторожно, как и накануне вечером, Айя сняла повязку, смоченным в воде куском бинта смыла остатки мази и осмотрела лодыжку Матиаса. За ночь отек немного сошел, как и краснота, но нога все еще оставалась распухшей и воспаленной.

— Уже лучше, – констатировала убийца, стряхивая с повязки остатки трав, чтобы использовать ее повторно, – мне нужно будет затянуть очень туго, может быть неприятно, – предупредила она, прежде чем взяться за дело.

Матиас только молча кивнул, как завороженный наблюдая за ловкими движениями рук женщины и лишь слегка морщась, когда она особенно плотно затягивала ткань на его коже. Когда убийца закончила и помогла священнику надеть на больную ногу ботинок, Матиас резко подался к ней и взял ее руку в свои.

— Спасибо, сестра, да осветит Алор вашу душу. – Священник поднял руку Айи на уровень своего лица и, наклонившись к ней, начал читать молитву-благословение. Убийца не сопротивлялась.

Когда Матиас закончил, вместо того чтобы убрать руку, Айя перехватила его ладонь и встала, вынуждая Матиаса подняться вслед за ней. Священник попробовал наступить на левую ногу, но тут же отдернул ее, будто дотронулся до чего-то горячего.