Книга Тетрадь в косую линейку, страница 677 – Марина Колесова

— Забудьте. Не убили и хорошо. А помочь я себе лишь сама могу, но не хочется. Совсем не хочется, – неожиданно честно призналась я.

— Помочь не в том смысле, что вылечить. Вы не так меня поняли. Помочь в смысле поддержать, показать, что в жизни есть что-то хорошее. При депрессии этого не видно, и катастрофически мало. Всё пресное и не вызывающее эмоций кроме отторжения. А почему, если знаете, что помочь можете сама себе, не хотите даже начать? Труден лишь первый шаг, потом проще. Не хватает мотивации? У Вас семья есть?

— А Вы не нашли сведений?

— Я не столь тщательно искал, органы никакие не запрашивал, лишь соцсети просматривал и общедоступные новостные издания. Там этой информации нет.

Я посмотрела на него повнимательнее и вдруг поняла весь расклад. Вселенная благоволила ему несказанно, но при этом он чрезвычайно жаждал одобрения и признания заслуг. Всё начало своей жизни очень хотел быть хорошим сыном, сначала для обоих родителей, потом лишь для отца, когда его не стало, пропала цель, понять, что он хочет сам и жить без одобрения значимой фигуры не смог и сломался. Почувствовав в будущей жене безоговорочное принятие и получив наконец поддержку и одобрение матери начал копировать стиль жизни отца, чтобы соответствовать их ожиданиям. Но сейчас ему стало мало принятия жены и матери, он поднялся намного выше их уровня и подсознательно ищет новую цель, одобрения более значимой для себя фигуры. Я показалась ему именно такой и сейчас он всеми силами будет добиваться моего расположения и одобрения. Он будет мне доказывать какой он хороший, и если я ему откажу, вновь может сломаться. При этом ему не нужен адюльтер со мной, лишь одобрение и признание, что он хороший и всё делает правильно. В душе Иварс остался тем ребёнком, который нуждается в оценке авторитетного взрослого. До этого он изображал взрослого, а потом, попав в ситуацию, где почувствовал себя виноватым, встал на ступень заслуживающего прощение ребёнка, и ему понравилось это привычное состояние. Оно даровало новые силы и давало возможность начать дальше развиваться, чтобы выйти на другой уровень. На своём уровне ему уже стало неинтересно, не было новых горизонтов, он обрёл стабильность и впал в стагнацию. Поэтому радостно начал пытаться освоить новую, но по сути своей привычную роль «заслуживающего одобрения хорошего мальчика». В принципе не столь плохо, и вполне возможно именно мне тоже на пользу, поскольку общение с Иварсом меня нисколько не напрягало. Он умело подстраивался к моему настроению и состоянию, так почему бы и не пообщаться к обоюдному удовольствию? У него иллюзия, что он делает полезное дело, спасает необычную женщину, доказывая ей какой молодец, я развлекаюсь и отвлекаюсь от собственных проблем, которые сводят меня с ума.

Все эти мысли одномоментно сложились в осознание и принятие ситуации, и, улыбнувшись самыми краешками губ, я проговорила:

— Если пообещаете информацию обо мне никуда не сливать, скажу.

— Я и так не сливаю. Мне очень доходчиво Виктор Владимирович объяснил ещё в первый раз, что ни с ним, ни с Вами в такие игры не играют. Я понял.

— У меня большая семья. Муж, дети, в том числе маленькие, но я плохая мать, поэтому их воспитанием в основном занимаются муж и наёмный персонал. Удовлетворила Ваше любопытство?