Книга Тетрадь в косую линейку, страница 596 – Марина Колесова

— Если честно, не лучшим образом. У Юрки в Питере недостача на счетах, его Эмилия сняла денежки и свинтила за границу. Вот думаю, Юрке счёт выставить или эту жучку прижать?

— Сколько?

Босс назвал, и я раздраженно скривилась. Сумма была большой.

— Мадам не побоялась наличные деньги везти? Она их декларировала?

— Нет, конечно. Но вывезти, скорее всего, сумела, не досматривали её. Юрка, лоханулся, отпустил не просмотрев сводку со счетов. Любимым же доверяют. А ты ведь ещё тогда и мне в открытую сказала, и ему намекнула, что эта мадам свой интерес имеет. Но Юрка божился мне, что всё блюдёт и кристальной честности человек прям. Теперь из-за этой кристально-честной красотки с гипертоническим кризом в больнице под капельницей.

— Подавай в суд, счета все прозрачные там и проблем быть не должно с возвратом. Её имущество здесь опишем, хоть что-то вернём. К тому же у партнёров выход на интерпол хороший. Вряд ли станут препятствовать в возврате.

— Юрка просил не делать этого. Обещает всё сам возместить.

— Он больной? Или игра двойная за твоей спиной со счетами была?

— Боится, что жена и дочь узнают про его шашни с ней. А Эмилия нагло обещала интервью журналистам дать. Позвонила ему, сказала не ищи и деньги вернуть не пытайся, а то всем расскажу и шумиху в интернете устрою.

— То есть он готов остаться голым, лишь бы его близкие верили уже в его «кристальную честность»? Оригинально. Тебе Юрия Павловича, я так понимаю, конечно же, жалко, и вообще ты готов на всё закрыть глаза, поскольку он «мужик хороший», но вот взыграло на старости лет ретивое… Так?

— В общем-то, да. Вот сучку эту прижать очень хочу, поскольку твёрдо знаю, это она его на отношения раскрутила, а не он её. Подумал, возможно, действительно влюбилась, в Юрку можно влюбиться, галантный эстет, полиглот, выглядит неплохо для своего возраста, пусть подарит хорошему мужику немного радости. К тому же жена у него болеет и по заграничным больницам постоянно. Дочка тоже заграницей учится. Чего не развлечься немного, особенно с той, что сама к этому склоняет? Не монах же.

— Да знаю я об этом, и ещё знаю, что никакой любви с её стороны не было. О чём вам обоим и говорила. Он ладно, гормоны, влюбленность, но ты-то… почему все операции по счетам под контроль не взял?

— Его обижать не хотел. Он сказал, что будет следить, несмотря на любовь. Но по итогу не уследил.

— Где она сейчас?

— С Юркой связывалась из Бельгии, у неё шенген открытый. А куда дальше подастся, кто её знает.

— Юрия Павловича успокой, Эмилию не ищи, про деньги забудь, считай Вселенной отдал. Земля круглая, когда отпускаешь, то что у тебя взяли, возвращается с другой стороны. Главное не злись, сделай выводы и отпусти ситуацию. Тогда всё хорошо будет.

— Гарантируешь? – лукаво осведомился он, обнимая меня за плечи.

— Конечно, если не будешь думать о ярко-красной заднице макаки, – рассмеялась я, вспомнив приключения Ходжи Насреддина.

Босс удивленно воззрился на меня. Я поняла, что повесть Соловьева он, видимо, не читал, и поспешила пояснить:

— Когда-то возмутитель спокойствия и сеятель раздоров, тот самый Ходжа Насреддин, о котором написал прекрасную повесть Леонид Соловьев, взялся под видом мудреца Гусейна Гуслеи лечить ростовщика и пообещал ему исцеление, если тот не будет думать об обезьяне, и хуже того о её красном заде с длинным хвостом, пока он читает длинную молитву. Предупреждение об обезьяне было красочным и эмоциональным, как итог, не думать о ней не смог никто из присутствующих.