Книга Тетрадь в косую линейку, страница 51 – Марина Колесова

— Вадик, я как-то не готова так сразу, – осторожно начала я.

— Возражения не принимаются. Скоренько, скоренько, складывай вещички и готовь, что там надо для кота. У меня не так много времени, чтобы на споры с тобой его терять. Давай, давай.

Это было так неожиданно, но противостоять напору Вадика было невозможно, и уже через час мы с котом входили в роскошные апартаменты класса люкс, расположенные действительно неподалеку от больницы.

Вадик забрал у меня ключи от квартиры и электронный ключ от подземного паркинга и уехал. До этого заставив подписать пару документов, которые я толком и не прочла. Это было, конечно же, неправильно, но спорить с ним, имея прямое распоряжение генерального всё подписать, я не решилась.

Когда он ушёл, внутри себя я проанализировала всё, и пришла к выводу, что рискую лишь потерять квартиру, и что вряд ли мой генеральный будет такой мелочевкой заморачиваться, после чего облегчённо вздохнула, внутренне уверив себя, что всё обязательно будет хорошо.

Глава 6

* * *

Две недели подошли к концу. Последняя операция у Димки прошла хорошо, и Аркадий сообщил, что готов его выписать через пару дней. С Вадиком я расплатилась, озвученная им сумма без труда уложилась в мой текущий бюджет, и он перевёз меня с котом обратно в мою квартиру, которая теперь напоминала гибрид квартиры и реабилитационного центра.

У Димки в комнате стояла новая кровать с регулирующейся высотой, уровнями изголовья и ног, а так же с какими-то держателями. В гостиной стояли тренажёры, везде были пандусы, перила и ручки. На кухне был новый стол, к которому удобно стыковалась инвалидная коляска. Ванная комната была переоборудована полностью и душевая кабина тоже. В тамбуре у входной двери стояла ещё одна коляска побольше. В коридоре на банкетке лежала куча описаний всей этой техники.

Кот долго ходил и обнюхивал все эти новшества, потом потерся о мои ноги и коротко мяукнул, сообщая, что ничего катастрофичного не произошло и жить можно. Я согласно кивнула и почесала его за ухом.

Кстати, строители сделали не только перила, в некоторых местах они сделали удобные полки для моего кота. Одну из них, на кухне, Кот облюбовал сразу, и улёгся там, как только я занялась приготовлением себе еды.

Пока я готовила нехитрую глазунью с помидорами, в голову мне закралась мысль, что всё, конечно, хорошо, но как-то неправильно, что моя мама до сих пор не в курсе, что я вышла замуж. Надо бы поехать к ней и как-то рассказать об этом. Ехать было недалеко, но как же мне не хотелось ехать.

Внутри всё трусливо сжалось. Я заранее знала, что от неё услышу, и категорически не хотела это слышать. Вот как бы сделать так, чтобы и не говорить ей, и одновременно сказать. Эх, жаль, что мы не в 18 веке живем, тогда бы я написала письмо, а её ответное письмо спрятала, и долго-долго не читала. Пока бы мне не стало всё равно. И вот тогда бы я прочла. И возможно, сумела бы огорчиться, что так огорчила её. Сейчас же я всеми фибрами души не желала знать её оценку. Вернее, знать-то, я знала, но не хотела выслушивать эмоциональное озвучивание этой оценки.

Ладно, всё равно надо будет это сделать. Лучше сейчас, пока Димка ещё в больнице. Я тогда могу вернуться и наедине поплакать, ничего ему не объясняя.

Придя к такому выводу, я взялась за телефон.