Книга Тетрадь в косую линейку, страница 479 – Марина Колесова

— Я показалась Вам слишком старой для обращения по имени? – лукаво осведомилась я.

— Нет, конечно, но Вы клиент, и это как-то неправильно в общем, я ко всем клиентам стараюсь лишь по имени отчеству обращаться, ну или сударь, сударыня, мне нравятся такие обращения. Они какие-то душевные и в то же время строгие. Так что не поэтому совсем, – немного сбивчиво и путано проговорил он.

— Понимаете, Павел, я немногим предлагаю сразу обращаться ко мне по имени. Для меня это равносильно предложению дружбы. Вы уверены, что хотите отвергнуть моё предложение? – пристально глядя ему прямо в глаза, поинтересовалась я.

— Нет, что Вы. Это я не в этом смысле, если так, то да, конечно, в смысле, что не отвергаю, – нервно выдохнул Павел, щеки его при этом начали пылать, и это было заметно даже сквозь загар.

— Ах, Алинка, вот что же ты за ведьма такая, – рассмеялся босс, глядя на нас, – впервые вижу Пашу в таком состоянии. Ты первая, кому удалось всего лишь парой фраз смутить и очаровать этого несгибаемого сурового властителя неба, равнодушного ко всем женским чарам. Паш, тебе так, для сведения, у Алинки молодой муж, причём достаточно ревнивый. Это меня он за её названного отца держит, а к тебе приревнует на раз, и проблем не оберёшься. Поэтому поосторожней с ней.

— Виктор Владимирович, Вы меня добить решили? Мне и так не по себе, что ненароком мог обидеть столь приятную женщину, а Вы ещё намёки такие делаете. Вот куда мне тягаться с молодым мужем Алины Викторовны? Я человек в возрасте и женщины меня интересуют уже не физиологически, а исключительно духовно. Если Вы разрешите, то я, чтобы не обижать Алину Викторовну, буду обращаться к ней по имени, порекомендуете этого не делать, не стану.

— Э нет, Паш, решение должно быть исключительно твоё. Как хочешь, так с Алинкой общение и строй. Я лишь предупредил, чтобы черту не преступал, ни к чему хорошему это не приведёт. А так от себя могу сказать, я сам с Алинкой стараюсь не спорить. Идти наперекор её желаниям чревато очень серьезными проблемами, поэтому я давно не рискую, утешаю себя сентенциями типа, что хочет женщина, того хочет Бог. Хотя иногда уговорить её изменить своё решение мне удаётся. Но чего это стоит. Вот вчера упёрлась, что никуда не полетит, пришлось сначала согласиться, а потом в красках рассказать, чего себя лишает. Что с таким пилотом полетать не всем удаётся, и возможно, ты дашь ей посидеть за штурвалом и чуточку за него подержаться, лишь этим купил. Скорее всего, именно поэтому ей и захотелось подружиться с тобой.

— Да легко дам, Алина Викторовна, – Павел с улыбкой повернулся ко мне, – и курс менять и скорость и набор высоты. Лишь взлетать и приземляться сам буду. Договорились?

— Понятно, – достаточно холодным тоном проронила я, – Вить, как нашего пилота по имени отчеству, Павел, а дальше как? Трофимович, ты говоришь? Значит так, Павел Трофимович, ничего такого давать мне пробовать не надо. Я согласилась сопроводить Витю, я это сделаю, на этом всё. Приятно было пообщаться. Вить, во сколько планируешь вылет? Я успею позавтракать?

— Алин, Паша точно не хотел тебя обидеть, прекращай, – босс поморщился. – Я ненавижу, когда ты такая, молоко в доме киснет. Всё будет, как захочешь, только прекращай злиться.