Книга Тетрадь в косую линейку, страница 473 – Марина Колесова

— Можешь погладить, только не хватай и больно не делай.

— Вот что значит ведьма, – рассмеялся босс, наблюдающий как Влада с удовольствием гладит белку, замершую у меня в руках, – меня ты похоже так же приворожила. Больно не делаешь, но и не рыпнуться никуда. Вот точно такой же белкой себя ощущаю.

— Витенька, не передергивай, – проговорила я, отходя в сторону от Влады и опуская белку на землю, потом убрала воздействие на неё и, вручив два ореха, отпустила, продолжив говорить: – Это ты меня поймал и держишь. Будь моя воля, давно бы сбежала, ты знаешь. Сколько раз ты меня уже возвращал, а? Так что, скорее, это я белка, сидящая в твоей клетке.

— Если Вы ведьма, Алина Викторовна, то как Виктору Владимировичу удаётся Вас возвращать? – с явным интересом осведомилась Влада.

— Не знаю, Влада. Сама удивляюсь. Мне иногда кажется, что он из рода инквизиторов, и ещё с прошлой жизни имеет опыт противодействия абсолютно всем ведьмам.

— Нет, Алинка. Всё намного проще. Ты можешь сколько угодно отрицать этот факт, но ты любишь меня не меньше, чем я тебя, и именно поэтому во вред мне не поступала никогда, даже, когда сбежала первый раз. Ведь всё мне оставила и ни в чём не подставила, скорее наоборот. Так что, подозреваю я, сама ты подсознательно не против, чтобы вернул. Иначе вернуть бы не смог, – возразил мне босс.

— Витенька, я никогда это и не отрицала, что люблю тебя, что радуюсь твоей радости и печалюсь твоими печалями. Что жизнь готова отдать, лишь бы ты жив и здоров был, но вот есть у меня некие принципы, так сказать, и заставить меня через них переступить даже тебе не удастся.

— Господи, Алина, когда я тебя хоть что-то заставлял делать? Вот когда? Ты творишь, что пожелаешь. Я подстроился максимально, ловлю каждое слово и исполняю невзначай озвученные желания наравне со стариком Хоттабычем, а ей оказывается, я какие-то принципы мешаю блюсти. Какие? Вот какие принципы, Алина Викторовна, я заставлял Вас преступить?

Босс подошёл ко мне вплотную, взял за плечи и, вглядываясь в глаза, повторил:

— Какие?!

— Можно я воспользуюсь 51 статьёй Конституции и не буду свидетельствовать против себя самой? А потом у меня ещё один аргумент есть в защиту, чтобы хранить молчание, – проговорила я, устремив на него ответный взгляд, а потом, чуть подавшись вперёд, прильнула к его губам, даря страстный поцелуй.

— Чертовка! Какая же ты всё-таки чертовка! – чуть отдышавшись, с чувством выдохнул он, а потом сам схватил в объятия и, не обращая никакого внимания на стоящую неподалёку Владу, стал пылко целовать.

Влада тем временем, деликатно отошла и, отвернувшись, продолжила кормить белок, благо орехов мы захватили на прогулку много.

Когда нам надоело целоваться, и начало темнеть, мы окликнули Владу и отправились обратно.

К центральному зданию мы добрались когда совсем стемнело. У входа нас ждали управляющий, команда пиротехников и владелец отеля Кирилл с огромным букетом цветов. Это был симпатичный подтянутый брюнет, на вид не старше тридцати лет. Он сразу начал поздравлять, потом делать мне комплименты, и восторгаться моим умом, интуицией, женственностью, обонянием и прочим. На Владу он, как и предсказывал босс, не обратил ни малейшего внимания. Действительно, что отвлекаться, когда может клюнуть гораздо более серьёзная рыбка.