Книга Тетрадь в косую линейку, страница 255 – Марина Колесова

— Золотце, ты снова герой и спаситель? Ты молодец! Спасибо тебе!

Тот сразу приосанился, гордо распрямился, потом с наигранной скромностью произнёс:

— Всегда рад помочь, всё что могу, на благо любимой хозяйки. Она, правда, не особо ценит, считает, что мелочи…

— Всё она ценит, Золотце. Если не говорит, не значит, что не ценит. Она и ценит, и любит тебя. И я твою помощь очень ценю. Ты геройский герой, – принялся ему петь дифирамбы босс.

— Вить, прекращай развращать похвалой моего фантома. Он сейчас возгордиться, и станет окончательно несносен.

— Ты слишком сурова с ним, он и правда герой, раз помог тебе спасти ребёнка. Так что не приуменьшай его заслуги. Ладно, отдыхай. Если что-то потребуется, связывайся немедленно, – проговорил босс и ушёл.

Глава 32

* * *

На следующий день я, как и хотела, поехала с боссом в клинику, куда он отправил Димкину сестру.

Мы в сопровождении врача зашли в уютный холл с креслами и сели, через некоторое время два санитара вывели худенькую наголо обритую женщину со связанными сзади руками, в которой я с трудом узнала ту, которую видела в своей квартире. Она очень изменилась, похудела, несмотря на сильно отёчное лицо, ссутулилась, и от прежней нагловато-хамской манеры держать себя не осталось и следа. Санитары поставили её перед нами и вышли.

— Вот, Виктор Владимирович, – проговорил врач, указывая на неё рукой, – пациентка полностью выведена из состояния алкогольной интоксикации. Правда сегодня ночью был приступ алкогольного делирия, но он купирован, и сейчас пациентка вполне адекватна.

— Какой приступ? – поинтересовалась я, услышав незнакомое слово.

— В народе это называют белой горячкой. На фоне воздержания после сильной алкогольной интоксикации такое бывает, но обычно, если детоксикация не проводится. Здесь она была проведена, однако приступ всё равно случился, причём с сильно пугающими её галлюцинациями, что достаточно странно. Но, видимо, это индивидуальные особенности её организма. Сейчас состояние уже стабильное, динамика обнадеживающая, и рецидивов последовать не должно. Хотя стопроцентных гарантий дать не могу.

Услышав мой голос, женщина, до этого старающаяся ни на кого не смотреть, встрепенулась, взглянула на меня и дрожащим голосом тихо спросила:

— Ты моя хозяйка теперь? Так?

— Меня зовут Алина Викторовна и обращаться ко мне надо лишь так и на Вы. Запомни! – жёстко проговорила я.

— Да, хорошо, Алина Викторовна, я буду так обращаться, – тут же испуганно закивала она. – Я запомнила, запомнила. Только не сердитесь, пожалуйста, мне нельзя, чтобы Вы сердились.

Я не стала комментировать её слова, повернулась к врачу и спросила:

— Зачем её обрили?

— Вши, – коротко пояснил он. – Так справиться с ними было легче.

— Понятно. Ещё вопрос: какое-то дополнительное лечение ей требуется?

— Полную диспансеризацию мы не проводили, конечно, но на основании анализов и осмотра, нужды в каком-либо срочном лечении я не вижу, всё в пределах допустимых норм. Если алкоголь будет исключён из её рациона, думаю, оно и в дальнейшем не потребуется.

— Мы можем её забрать?

— Всё полностью на ваше усмотрение, – проговорил врач. – Можете забрать, можете оставить здесь на полном пансионе, если, например, сомневаетесь, что сможете контролировать её тягу к спиртному. Здесь доступ к нему гарантированно исключён. Режим содержания может быть любым на ваше усмотрение.