Книга Тетрадь в косую линейку, страница 215 – Марина Колесова

Как только я поняла это, я подняла взгляд на босса и тихо проговорила:

— Зря ты меня вернул, Вить. Я опасна. Мне настолько плохо, что я боюсь сама себя.

— Господи, девочка моя хорошая, – моментально прекратив ругаться, он прижал меня к себе и начал гладить по волосам: – не надо ничего бояться, всё хорошо будет. Не надо сбегать, мы всё преодолеем. А не сможешь, ну прикончи меня и успокойся. Главное сама успокойся.

— Ты идиот, Вить. Я не хочу никому вредить. Особенно тебе. Не хочу! Я защитить вас всех хочу, а ты говоришь такое. Вот как ты можешь? Как?!

— Вот и хорошо, что не хочешь. Я и не говорил, что хочешь. Я имел в виду, если случайно такое случится.

— Я не хочу, чтобы случайно случилось. Не хочу! Понимаешь? Я не понимаю, кто я, какая я и что мне с собой делать. Мне очень плохо. Я ощущаю себя бомбой с испорченным и работающим наобум взрывным механизмом. Я не понимаю, что может произойти, но ощущаю потенциальную опасность. Ты понимаешь?

— Понимаю. И готов помогать тебе, чтобы ничего не случилось. Сейчас поговорим, обсудим и обязательно найдём решение. Убегать не выход. От себя не убежишь, Алинка. Себя надо понять, принять и полюбить. И всё сразу нормализуется. Ты себя не любишь, моя хорошая. От этого все проблемы. Вот что вчера плохого произошло? Ты удовольствие получила и решила, что это очень плохо? Что нельзя тебе было позволять себе такое? Так? Это же нонсенс так себя ограничивать. В этом нет ничего хорошего. Засуха это такая же катастрофа как и наводнение. Баланс должен быть во всём, разумный баланс.

В это время мы заехали на территорию босса, и к машине тут же подбежали Ольга и Дима, чуть поодаль стояла Оксана с Игорьком. Босс вытащил меня на руках, и его тут же забросали вопросами, что произошло и почему я сбежала, никого не предупредив, где я была и вообще, как я могла. Короче, всё тоже самое, что в машине он мне говорил.

— Лечиться она устала и больше не хочет, вот и сбежала. Всё. Не трогайте её, главное, что она сейчас здесь. Остальное неважно, – достаточно резко ответил босс и на руках унёс меня в дом.

* * *

Всю ночь босс просидел у меня в спальне, ласково гладя по волосам и рассказывая какую-то ерунду.

С утра приехал Лёша, и босс ему сообщил, что поскольку у меня сильнейший стресс, пока он лишь осматривает меня, контролируя процесс реабилитации, и оставляет назначения.

Лёша осмотрел, потом попытался разговорить, но я была похожа на живую куклу, которой всё безразлично.

— Виктор Владимирович, – подвёл итог Лёша. – По моей части у неё всё хорошо, а вот с психикой явная проблема. Она под сильной седацией?

— Нет, Алексей. Никаких таблеток и уколов не было. Это её личная защитная реакция. Она не справляется с эмоциями и ушла вот в такую глухую защиту.

— Ей нужен психиатр. Симптоматика отвратная, Виктор Владимирович. Это либо очень жёсткая депрессия, либо ещё что-то похуже. Пригласите специалиста.

— Спасибо, Алексей, я подумаю над Вашим предложением. Сейчас Олю посмотрите и ближайшие несколько дней свободны. Я свяжусь с Вами и сообщу, когда очередной раз её надо будет осмотреть.

— Ей нужна помощь, Виктор Владимирович, – продолжил настаивать Лёша.

— Я Вас услышал, Алексей, – тут же жёстко прервал его босс. – Пойдёмте, я Вас провожу к Оле.