Книга Тетрадь в косую линейку, страница 140 – Марина Колесова

Сначала в дело были пущены уговоры, потом через какое-то время начались подколы на рабочие темы и претензии, что мой вид не даёт ему полноценно работать, когда не помогло и это, босс начал вызывать к нам Свету и демонстративно с ней у меня на глазах флиртовать и делать пошлые комплименты. Света краснела, бледнела, ей было неловко и жутко передо мной неудобно, но противоречить боссу она не смела.

Сначала я пыталась это демонстративно не замечать, но в один из дней, когда босс начал юбку ей при мне задирать, я не выдержала и спросила, не хочет ли он, чтобы я пошла прогулялась? И получила наглый ответ, что да, было бы неплохо мне на часик пройтись, например, по магазинам.

Я ответила, что не вопрос, я с удовольствием воспользуюсь его любезным предложением и ушла.

Вернулась я через час пятнадцать. Света сидела в приемной и не смела на меня поднять взгляд. Я подошла к ней и негромко проговорила:

— Свет, у меня к тебе ни малейших претензий, если что. Все люди взрослые. Но вот если он настаивает на чём-то против твоей воли, дай знать.

— Алина Викторовна, мне жутко неловко, но отказывать Виктору Владимировичу я не могу и не буду.

— Свет, если принуждения нет, то всё хорошо. Я даже за. С боссом намного приятнее работать, когда он доволен. Так что не переживай.

— Вы правда не сердитесь на меня за это? Я ведь не провоцировала.

— Светочка, ни одной минуты. Всё хорошо. Доложи ему, что я пришла.

Света нажала на селектор:

— Виктор Владимирович, Алина Викторовна пришла.

— И что нужно от меня? – последовал резкий ответ. – Открыть ей дверь как швейцару? У неё так много покупок, что она сама не в состоянии её открыть?

— У неё нет покупок, Виктор Владимирович, – испуганно пролепетала Света, понимая, что сейчас может разразиться гроза.

— Тогда в чём для неё проблема открыть дверь?

— Проблем нет, Виктор Владимирович.

— Тогда я не понял в чём вопрос.

— И вопросов нет, я лишь по её просьбе доложила.

— Молодец, – проговорил босс и отключился.

Света облегчённо вздохнула, радуясь, что гроза прошла стороной.

А я зашла в кабинет.

— Ну наконец-то, а я уж думал, что швейцаром мне всё же побыть придётся, поскольку их Величество ручки о дверь марать не желает, – прокомментировал он моё появление.

— Босс, Ваши шутки не кажутся мне ни остроумными, ни весёлыми, уж извините.

Я прошла к своему столу и села в кресло.

— А это не шутка, это абсолютное непонимание ситуации. Я, видимо, пропустил что-то в правилах этикета. Когда вышло последнее обновление, по которому изменились правила вхождения в свой кабинет?

— О Вашем приходе мне Света тоже докладывает, – я понимала, он ищет повод для конфликта и не хотела его давать.

— Заранее, и я не прошу о том доложить у двери.

— Вас раздражает, босс, как я себя веду, давайте Вы выселите меня отсюда?

Сказала я это зря, поскольку на мою голову тут же, как из рога изобилия, посыпались претензии в желании разбазаривать деньги фирмы, нежелании налаживать с ним коммуникативные связи, в целенаправленном и злостном игнорировании правил командного духа, в желании обособиться, вести неконтролируемую деятельность и прочее.

Пока он разглагольствовал, он встал, распахнул настежь дверь в комнату отдыха, зашёл туда, у меня на глазах, поскольку располагалась она напротив моего стола, налил себе в стакан воды из кулера и вышел, оставив её открытой. Через секунду я поняла зачем он это сделал. Прямо напротив двери в комнате отдыха стояло огромное кресло на котором валялись женские трусики. Причём измятые и явно влажные.