Книга Хозяйка Сумрака, страница 19 – Марина Колесова

— Ты шутишь?

— Нет, мой совершеннолетний сын, не шучу! Я на редкость серьезен. Независимость надо заработать. Хочешь – флаг в руки, иди зарабатывай.

— А если я извинюсь?

Влад кивнул на Алекто, с легкой усмешкой наблюдающей за ними:

— Если она примет твои извинения, то можешь остаться. Так что постарайся извиниться так, чтобы она простила. И называть её будешь матерью. И никак иначе!

Сашка нервно сглотнул и, шагнув к девушке, которую привел отец, впервые внимательно посмотрел на неё.

Стройная, с серебристо-пепельными волосами, правильными чертами лица и голубовато-зелеными глазами. Глазами, в которых застыло спокойствие и какая-то отстранённость. Сашка ожидал увидеть в глазах так называемой матери что угодно: торжество, насмешку, ехидство, злобу, в конце концов, но только не спокойную отстранённость. Он глубоко вздохнул и, запинаясь, произнёс:

— Простите… вернее, прости… мама… я очень виноват… подобное больше не повторится… извини меня пожалуйста.

— Извинила, – односложно ответила она и, неожиданно лукаво улыбнувшись, тихо добавила: – Ты, кстати, зря так обиделся на меня из-за картины… посмотри на неё внимательно на досуге и поймешь, что зря.

— Хорошо, я посмотрю, – Сашка посчитал за благо согласиться. Не дай Бог отец опять разозлится. Давно Сашка его таким не видел. Не иначе как совсем без ума от своей новой пассии.

— Я могу попросить тебя? – отец в упор посмотрел на него.

— Да, пап, конечно.

— Поговори с Лизой и предупреди, что если гонор свой не убавит и к матери, как положено, обращаться не станет, то заставлю силой. Пусть лучше меня до этого не доводит.

— Пап, я конечно поговорю… но ты же знаешь, Лизку… – Сашка задумчив покачал головой, – ей трудно будет мамой назвать… назвать… – он замялся, подбирая слова, – нашу теперь мать так назвать… и меня она вряд ли послушает… может, ты не будешь требовать так сразу… может, ты дашь ей время хоть чуть-чуть привыкнуть… вряд ли она сразу сможет…

— Выдеру как сидорову козу, и сможет всё, – раздраженно бросил отец, и Сашка, не став больше спорить, вышел.

Поднявшись на второй этаж, он прошел к комнате Лизы и, постучав, вошёл.

Лиза сидела, забравшись с ногами, на широком подоконнике и разговаривала по телефону.

— Лиз, закругляйся, поговорить надо, – Сашка жестом подтвердил просьбу.

Лиза состроила рожицу, но разговор свернула и, выключив телефон, отложила в сторону.

— Ну что тебе?

— Отец привел в дом жену.

— Я видела это явление. У него что, совсем крыша поехала, неизвестную девку женой объявлять?

— Возможно, Лиз. Но настроен он очень решительно и требует, чтобы мы её называли матерью.

— Ага, счаззз… – Лиза саркастически хмыкнула, – только шнурки поглажу и сразу назову.

— Лиз, ты не горячись… ну что тебе стоит? В конце концов не всё ли равно как её называть… Не переломишь же язык себе, если так назовешь? Ну сделай отцу приятное.

— Сашка, ты рехнулся что ли? чтобы я матерью какую-то девку приблудную назвала? Да пошла она, знаешь куда…

— Лиз, очень похоже, что у отца это серьёзно… я его таким никогда не видел… не порть ты с ним отношения из-за ерунды… не надо в позу вставать. Кстати, если он действительно женился или женится на ней, она матерью по закону считаться будет.

— Может мачехой, но уж никак не матерью, и я скорее язык себе откушу, чем назову её так.