Книга В плену королевских пристрастий, страница 53 – Марина Колесова

Испуганная Кэти вначале замерла, а потом бросилась вверх по тропинке к виднеющимся каменным стенам древней обители.

Добежав до них, Кэти принялась стучать в ворота. Через некоторое время в огромных дубовых воротах, обитых железом, отворилось маленькое окошечко, и чей-то голос спросил:

— Что надо?

— Отца-настоятеля! – на одном дыхании выпалила Кэти.

— Не принимает он… к тому же служба скоро… подожди, служба закончится, и монахини примут тебя и дадут ночлег…

— Мне он нужен! Он! Она умирает! Она не может ждать! Она хочет увидеть его перед смертью! Вот… вот это ему передайте… он должен узнать! Позовите его! – громко прокричала Кэти, и стала одной рукой испуганно совать в маленькое окошечко крестик герцогини, а другой снова стучать в ворота.

— Не кричи так и не стучи! Я хорошо слышу… – раздался голос. – Сейчас отворю…

Ворота медленно приоткрылись, и на пороге показался седой и согбенный монах.

— Кто умирает? – спросил он, беря из протянутых рук Кэти крестик, и вдруг, охнув, схватился рукой за сердце. – Жди… сейчас позову.

Он поспешно скрылся за воротами. Минуты ожидания показались Кэти вечностью. Наконец из ворот быстро вышел высокий монах с красивыми удлиненными чертами лица и пронзительным взглядом ясных, голубых глаз, у него была седая борода и седые волосы, однако, старым он не выглядел. Кэти поняла, что это и есть отец настоятель.

— Где она?

— Там, – Кэти махнула рукой, указывая вниз, – она хотела дойти, но не смогла…

— Веди.

Кэти послушно устремилась вниз по тропинке. Некоторое время отец-настоятель шел за ней, а потом, видимо разглядев лежащую у тропинки герцогиню, взяв за плечо, придержал Кэти и обогнал ее.

В вечерних сумерках, идущая за ним Кэти, увидела, как он наклонился над герцогиней и приподнял ей голову.

— Девочка моя любимая… радость моя… как же так… – прошептал он.

— Отче… – герцогиня открыла глаза, и легкая улыбка озарила ее лицо, а в глазах засветилась любовь, – я знала, что дождусь Вас.

— Ты хочешь исповедоваться, девочка моя? – он осторожно надел ее крестик ей на шею.

— Это потом… – герцогиня едва заметно качнула головой, – если силы останутся… сначала я хочу, чтобы Вы поклялись мне, Отче, что спасете мою дочь… это моя предсмертная просьба… не отказывайте мне в ней… я знаю, лишь Вы можете спасти ее… Ее обвиняют в колдовстве, спасите ее!

— А разве это неправда? – тихо спросил он, глядя ей прямо в глаза.

— Она не знала во что ввязывается и что это все серьезно… это было лишь по неведению… Это моя вина… я не уберегла ее от этого… по моей беспечности она оказалась в таких условиях и книгу, из которой все узнала, получила… Я виновата в этом, Отче, поэтому молю, спасите ее!

— Что она сделала?

— Это неважно, Отче… у меня нет сил рассказывать… поклянитесь!

— Что она сделала? – настойчиво повторил вопрос отец-настоятель.

— Не будьте столь жестоки, Вы все и так видите, я же знаю… дайте мне умереть спокойно, Отче… поклянитесь.

— А ты уверена, что до конца выполнила свой долг? Ты не догадываешься, какие события последуют за твоей смертью? Ты, конечно, уведешь того демона, которого она выпустила… но дверь осталась открытой, и он вернется… вернется за ней, как только представится возможность.

— Так закройте ее.

— Это не в моей власти.

— Значит, научите ее, пусть она сама закроет. У меня уже нет сил, я и так сделала все, что могла и даже больше.