Книга На острове любви, страница 63 – Шерил Сойер

Теперь Ги писал ей письма, отправляя их в камин. Наконец, написав д'Эону, он пригласил его к себе. Ги радовался, что друг согласился совершить путешествие по слякотным улицам, чтобы провести время в его невеселом обществе. В первый вечер он рассказал д'Эону все, начав с того, как неуклюже сделал предложение Айше. После этого Ги с пристрастием допросил его о Моргоне. Шевалье любезно заметил, что не видит причин, по которым Шарлотта предпочла ему Моргона, а также рассказал о помолвке и подарках.

— Этот человек выбирает подарки, следуя своему оригинальному вкусу: он купил ей пару рабов! Не обычных рабов — рабыня лучшая из тех, что были в Версале, помнишь ее? А второй — собственно, я думаю, что он не раб, а наемный слуга. Он настоящий великан и похож на черную гору.

Ги тут же вспомнил неприятную ночь, когда вместе с Шарлоттой возвращался домой из Трувильера.

— Очень высокий и сильный: такого гиганта я никогда не видел!

— Да, клянусь, во всем Париже подобного ему не сыскать. Их отправили в Бургундию дожидаться… гм… когда…

Ги не слушал. Он помнил человека, скрывавшегося в тени. Айша тогда отрицала, что этот черный великан ждет ее, и поспешила избавиться от Ги. Значит, это был слуга Моргона, которого прислали к ней посреди ночи. Какое сообщение доставил ей такой человек в столь поздний час?

— Как ты думаешь, у нее не было связи с Жервезом? — спросил Ги.

— Какой связи? — изумился д'Эон. — Нет, это никогда не приходило мне в голову. Шарлотта казалась мне совершенно невинной. Мари говорила, что она иногда задавала самые странные вопросы о том, что известно каждой воспитаннице монастыря. Помнишь… да, тебя ведь там не было. Несколько месяцев назад на одной вечеринке граф де Брель наклонился к ней и прошептал что-то на ухо. Я могу лишь гадать, что он говорил, но Шарлотта вдруг рассмеялась и громко сказала: «О! Так вы это имеете в виду, граф? Вам следовало сказать так с самого начала, и я сразу ответила бы “нет!”» Брель побагровел, все рассмеялись, и с тех пор он никогда не приближался к ней.

— Сначала я тоже видел ее точно такой же: наивной и неприступной. Но потом… мне не следовало допускать, чтобы она столь многое утаила от меня.

— Что ты имел в виду, сказав в тот вечер, что нет никакой маркезины?

— Ничего. Я просто был зол на себя за то, что так мало знаю о ней. — Вздохнув, он спросил: — Когда свадьба? — Шевалье покраснел, но Ги проявил настойчивость: — Говори же, и забудем об этом. Мы едем к Валери на ужин, так что закроем эту тему.

Шевалье нерешительно ответил:

— Похоже, в марте. На следующей неделе оба приедут сюда, в гости де Рувелла. Оба прибудут вместе с мадам де Графиньи; затем отправятся в Ла-Фертэ — это его имение в Бургундии. Они собираются пожениться там. Думаю, после этого они будут путешествовать, но на сей счет мне ничего не известно.

— Почему?

— В последнее время мы редко видимся с ней. После того как Шарлотта покинула отель «Люксембург», она гостит у Графиньи. Ты ведь знаешь, что мы с Мари узнаем все от старой болтуньи и больше не встречаемся с Шарлоттой, как это бывало прежде.

Решив, что узнал достаточно, Ги размышлял, в какое русло направить разговор. Надвигалась грядущая война, которую сейчас считали неизбежной, поскольку миссия Ниверне закончилась неудачей. Прибыв в Берлин, он выяснил, что Фридрих не только не собирается возобновить договор, заключенный в Экс-ла-Шапель, но уже заключил оборонительный союз с Англией, подписав Вестминстерский договор. Герцог вернулся в Версаль, потеряв союзника. Опасения Ги, что Франция все же лишится наиболее хорошо снабжаемого гарнизона в Европе, похоже, сбывались.