Книга На острове любви, страница 50 – Шерил Сойер

Жюли печально взглянула на него:

— Вы очень любите ее? — Ги не ответил, но в этом не было необходимости. Слезы выступили на глазах Жюли. — О боже!

Ги встал и отошел от нее, чувствуя, будто сходит с ума. В этом доме полно плачущих женщин. Дойдя до камина, он повернулся и снова заговорил:

— Ну, как? Вы сделаете это?

— Это ни к чему не приведет. Шарлотта в таком состоянии, что мне страшно. Она не может покинуть комнату, тем более спуститься по лестнице. Если я начну настаивать, это доведет ее до истерики.

Ги представил себе, что Шарлотта плачет в объятиях мадам Дюдефан, а ему хотелось держать ее в своих объятиях.

— Тогда я сам поднимусь наверх.

Ги сделал шаг к лестнице, но Жюли вскочила и последовала за ним.

— Нет!

Она опередила его и преградила ему путь. Ее глаза выражали страх.

— Шарлотта возненавидит меня, если я пропущу вас к ней. Оставьте ее в покое.

— Боже милостивый! — громко воскликнул Ги. — Я хочу жениться на Шарлотте, а не насиловать ее!

Наверху послышалось какое-то движение, и он посмотрел туда: мадам Дюдефан наклонилась через балюстраду и обратила сердитое лицо к ним. Сейчас она походила на слепую горгону.

— Что же я, черт подери, делаю?! — воскликнул Ги.

Жюли де Леспинас вздрогнула, а сверху прозвучал голос мадам Дюдефан:

— Маркиз, как объяснить ваше поведение?

Ги посмотрел на мадам Дюдефан.

— Она действительно не желает видеть меня? — с отчаянием спросил он.

— Да.

Ги оглянулся. Стоя на лестнице, Жюли плакала.

— Женщины! — Ги прошел мимо Альфонсины, рванул на себя дверь и добавил: — Будь они все прокляты!

Он вышел и захлопнул дверь.

Графине де Рошфор не нравилось, как проходит время. По понедельникам она приглашала дам импровизировать на музыкальных инструментах и совсем недавно присоединила к числу гостей Шарлотту де Нови, поскольку у нее было очаровательное контральто. Мужчин не приглашали, правда, графиня сделала исключение для шевалье. Она была застигнута врасплох, когда Шарлотта пригласила Жервеза де Моргона и, отказавшись петь, часами смотрела на ноты и ни с кем не разговаривала.

Прикрывшись нотами, графиня спросила д'Эон:

— Вам не кажется, что она слишком вольно ведет себя в моем доме? Я впервые чувствую, что Шарлотта злоупотребляет моей дружбой.

— Она не может принимать мужчин в своем доме. Подозреваю, это важная встреча, но надеюсь, она означает совсем не то, о чем я думаю… Будет ужасно, если мне придется сообщить эту новость Ришмону. И еще одно: она заставила меня поклясться, что Ги сегодня не будет здесь. Когда я ответил ей, что, по вашим словам, он едет в другое место, Шарлотта сказала: «Хорошо». Казалось, она вот-вот разразится слезами. Ги тоже избегает ее: если я говорю ему, где она будет, он не едет туда со мной. Когда я, возвращаясь домой, рассказываю ему, как весело мы проводили время, он смотрит на меня с укором. Ги всюду ходит с мрачным выражением лица. Видно, Шарлотта поссорилась с ним. Кажется, в последнее время это входит у нее в привычку: я слышал, она на днях весьма неучтиво вела себя у мадам де Кавиньяк и рассорилась с мадам Дюдефан. Надеюсь, Шарлотта не испортит отношения и с Жервезом де Мортоном.

Вскоре графиня успокоилась на сей счет. Когда Моргона пригласили в музыкальную комнату, Шарлотта де Нови посмотрела на него с надеждой. Поздоровавшись с мадам де Рошфор, Моргон тут же подошел к маркезине, взял ее руку, наклонился и заговорил с ней так тихо, что никто ничего не расслышал. В глазах Шарлотты горел странный свет. Она была бледнее обычного и смотрела ему в глаза, ее кожа напоминала мрамор. Когда Моргон отпустил ее руку, она коснулась своего бархатного платья, словно вытирая ее. Но Шарлотта застыла, когда Моргон продолжил разговор.