Книга Ее отважный капитан, страница 26 – Дайан Гастон

— Он болен, мадам. Так болен, что не может писать.

— Болен?! — Луиза привстала.

— У него лихорадка, — объяснила Хелен. — Он очень слаб, но настаивал, чтобы мы передали вам весточку от него.

— Мы решили пойти лично, — подхватил Рис, — а не нанимать посыльного. — Он вдруг понял, что они с Хелен говорят как раньше — как один человек. Мадам Десме посмотрела куда-то за их спины.

— Насколько тяжело он болен?

Хелен слабо улыбнулась:

— Надеемся, он выздоровеет.

Мадам Десме закрыла глаза; у нее стал такой вид, будто ее ударили в сердце. Потом она вдруг встала, напугав Хелен и Риса.

— Я должна его видеть! — воскликнула она.

— Возможно, его болезнь заразна, — предупредила Хелен.

— Мне все равно. Прошу вас, леди Хелен, я должна его видеть! — вскричала она.

Рис повернулся к Хелен:

— Мы должны отвести ее к нему.

— Конечно, мы отведем вас к нему! — улыбнулась Хелен, как ей показалось, ободряюще.

— Пойдемте сейчас же!

Мадам Десме словно обезумела. Она быстро сняла передник, спустилась на первый этаж, сняла с крючка на стене рядом с дверью шаль и шляпку.

Хелен и Рис, последовав за ней, переглянулись: они без слов дали друг другу понять, что такая спешка поразительна. Им так часто не требовались слова, чтобы понять мысли другого! Конечно, все в прошлом.

Следом за мадам Десме они вышли на улицу. Пожилая женщина быстро зашагала вперед, конечно, она знала, как пройти к отелю. Хелен подбежала к ней.

— Можно спросить, откуда вы знаете Уилсона? — спросила она.

— Мы встречались много лет назад, — ответила мадам Десме.

— В Брюсселе?

— Oui.

— Уилсон бывал в Брюсселе? — Хелен совсем запыхалась; она с трудом поспевала за спутницей.

— Очень давно, — ответила мадам Десме. — До войны.

И французской оккупации, поняла Хелен. Она по-прежнему думала об Уилсоне как-то по-детски: казалось, его существование началось вместе с ее жизнью. Ей и в голову не приходило, что до службы в Ярфорд-Хаус у него была своя жизнь.

— Он никогда об этом не рассказывал, — произнесла она.

Конечно. Слуги не имеют обыкновения рассказывать о своей жизни.

Рису не составило труда догнать их.

— Так что привело Уилсона в Брюссель?

— Он прислуживал одному молодому джентльмену, когда тот отправился в большое путешествие, — объяснила мадам Десме.

До войны с Наполеоном поездка в континентальную Европу была обычным делом для богатых молодых английских джентльменов. Как правило, их сопровождали наставник и слуга, которые заботились об их нуждах. Ожидалось, что молодой джентльмен расширит свой кругозор, осмотрев главные достопримечательности и города в разных странах, познакомится с искусством и архитектурой. Хелен была не настолько глупа, чтобы не понимать: в «образование» молодых джентльменов входили также бордели и игорные заведения. Там они тоже расширяли свой кругозор… Должно быть, поездка стала приключением и для Уилсона.

У Хелен в голове теснились и другие вопросы, но трудно было поддерживать беседу почти на бегу.

После собора мадам Десме бросилась через дорогу. Хелен, стараясь не отстать, шагнула на мостовую. В то же время из-за угла вылетел экипаж. Две взмыленные лошади неслись прямо на нее. Она испуганно замерла.

Вдруг сильные руки оттащили ее с дороги; она прижалась к мускулистой груди. Рис не выпускал ее, пока экипаж с грохотом не пронесся мимо; под мощными копытами лошадей вздрагивала земля.