Книга Пламенные эвкалипты, страница 69 – Элизабет Хэран

— Молоденькая и довольно привлекательная, — ответил Хит. — Уверяет, будто отец прислал ей записку, где сообщал, что хотел обсудить с ней вопрос о компенсации по случаю гибели ее отца на руднике.

— Что-то не похоже на Эбенезера, — сухо заметил Эдвард. — С тех пор, как он купил рудник, там погибло немало горнорабочих, и он ни разу не возместил ущерб их родственникам. Фактически он всегда поручал мне разбираться с любой мелочью, доставлявшей ему хлопоты.

— Тут она могла соврать, как и во всем остальном, — бросил Хит. В глубине души он допускал, что отец мог пойти на такое, чтобы заманить девушку в Холл, но он предпочел оставить это предположение при себе. — Она утверждает, что выпила бокал вина и больше ничего не помнит, очнулась только на другое утро, тогда-то домработница, мол, и сообщила ей, что она вышла за отца и что он умер.

— Что-то не похоже на правду, не так ли? — заметил Эдвард.

— То-то и оно, особенно эта история с бокалом вина, одним-единственным. Конечно, она тут же в слезы, Джеку Хокеру стало жаль ее, и он попросил меня уехать, чтоб я ей больше не докучал.

Эдвард задумался.

— Час назад я получил извещение от Фрэнка Бонда, управляющего рудником, — сказал он.

— Что ему надо? — спросил Хит. Он видел Фрэнка всего раза два-три до того, как поссорился с Эбенезером. Но Фрэнк был тогда только мастером.

— Надо подписать какие-то срочные бумаги касательно рудника, и он отрядил нарочного в Холл. А Уинстон отослал его обратно с запиской для Фрэнка с просьбой отложить это дело. Очевидно, Уинстон не решился сообщить ему о смерти вашего отца, поскольку счел, что это не в его власти.

— Вы уже отправили ответ Фрэнку Бонду?

— Я послал ему короткую записку, сообщил, что кто-нибудь завтра непременно будет у них.

— Вот завтра я первым делом туда и поеду, надо рассказать рабочим, что случилось, — сказал Хит.

— Хорошо. Вам придется взять на себя все текущие дела, пока Абигайл Скоттсдейл не уведомили, что теперь она владелица рудника.

Хит открыл рот от удивления.

— Боже мой, Эдвард, этого не должно случиться! — резко выпалил он.

— Понимаю, это несправедливо, но такое вполне может случиться, если будет установлено, что она не виновна в смерти вашего отца, — сказал Эдвард. — Сами знаете, Хит, смерть Эбенезера лакомый кусок для газет. — Он хотел предупредить его, что внимания газетчиков избежать не удастся. — Поползут разные слухи, тем более что Эбенезер ничем не болел, да и стариком не был. Придется вам поговорить с прислугой, чтоб молчала о его внезапной женитьбе, если не хотите, чтоб это попало в газеты, по крайней мере до поры до времени.

— Это уж само собой.

— Впрочем, история с женитьбой все равно откроется, как только мисс Скоттсдейл станет наследницей всего и вся.

— Пока я жив, этому не бывать! — резко заявил Хит. — Я сейчас же пойду к Вернону Миду и узнаю, собирается ли он проводить вскрытие тела отца до того, как его предадут земле. И если возникнет хоть малейшее подозрение по поводу его смерти, полиция будет тотчас поставлена в известность, и мисс Скоттсдейл получит по заслугам, но только не состояние, на которое рассчитывает. И Джек Хокер уже не сможет ее защитить.

Хит незамедлительно отправился в Берру. И прибыл туда уже затемно. Вернон Мид проживал один в том же доме, где размещалась его приемная. Он готовил себе обед, когда к нему в дверь постучал Хит, встреченный аппетитным запахом жареных отбивных из телятины. Увидев Хита через дверную москитную сетку, Вернон побледнел, потому как сразу смекнул, что его привело к нему. Уинстон сообщил Вернону, что в постели рядом с Эбенезером находилась барышня, когда врач обратил внимание, что соседняя подушка примята, правда, дворецкий утаил от него, что хозяин женился на той барышне.