Книга Запретная королева, страница 118 – Анна О’Брайен

Мое лицо залилось краской; думаю, Эдмунд сразу же заметил это, потому что тут же перешел от слов к делу, чтобы отвлечь всеобщее внимание.

— Итак, мои несчастные подданные, слушайте первый указ Главы рождественских увеселений. Мы проводим Старый год радостно и весело. Будем плясать, петь и нарушать все правила, какие только можно. Мы заставим эти древние стены содрогнуться и зазвенеть.

Он соскочил со стула, размахивая над головой мечом.

— И я знаю, где лежит сокровище, которое нам для этого понадобится!

* * *

Получив ключ у Алисы (посмотревшей на нас подозрительно, как на ватагу расшалившейся бесшабашной детворы), Эдмунд, державший меня за руку и тащивший за собой, повел всех по длинным коридорам (которые, чем дальше, становились все более пыльными), пока мы не оказались перед комнатой, когда-то служившей чем-то вроде прихожей. Открыв дверь, мы увидели, что теперь тут хранился всякий хлам, оставшийся от прежних обитателей замка. Мы растерянно толпились в проходе; дамы подбирали юбки, стараясь держаться подальше от запыленных сундуков и гобеленов. Но Эдмунд, полностью поглощенный воплощением в жизнь своих планов, не обращал на это внимания.

— Так, давайте-ка посмотрим. – Он подхватил стопку коробок и свертков. – Приказываю вам открыть эти ящики, потому что, если только я ничего не перепутал…

Мы сделали то, что было велено, и вскоре, забыв про пыль, восторгались шумно, словно малые дети: в ящиках были аккуратно сложены костюмы, в далеком прошлом предназначавшиеся для участников королевской процессии или же рождественской пантомимы.

— Кому все это принадлежало? – поинтересовалась я, прикладывая к лицу маску фазана с раскачивающимися сверху перьями; из-за нее вопрос мой прозвучал приглушенно.

— Королю Эдуарду, третьему английскому монарху с этим именем. Это его мы должны благодарить за все это. Вещи эти старые, но – видит Бог – в этом году мы будем выглядеть замечательно!

Мы вытащили костюмы (все они прекрасно сохранились) и принялись отряхивать их от пыли и паутины. Здесь было обилие всевозможных масок, плащей и накладных крыльев, так что очень скоро вся наша компания была разодета в старинные наряды, сиявшие звездами и позолотой.

— А кем сегодня будете вы, королева Кэт? – спросил Эдмунд.

Я одна стояла ненаряженная, не зная, что выбрать; в руках у меня был отрез красно-черного бархата, и я набросила его на одно плечо. Сам Эдмунд уже облачился в плащ, усеянный звездами, как у волшебника, а лицо его закрывала маска льва, в отверстиях которой возбужденным блеском горели его глаза; голос юноши звучал странно и раскатисто.

— А это еще что такое? – спросила я, приподнимая тяжелую ткань.

Я никак не могла понять, какой она формы и для чего нужна.

Эдмунд в ответ зарычал, подражая льву.

— Я не скажу вам этого! Пока что не скажу. Вы сами все увидите – на Двенадцатую ночь. Однако вернемся к моему вопросу. Так кем же вы все-таки будете?

— Не знаю, – растерянно призналась я, оглядывая окружавшее нас великолепие.

— Думаю, мы сделаем так. – Забрав у меня бархат, Эдмунд набросил мне на плечи серебристый плащ и, приложив к моему лицу маску ангела с серебряным ликом, закрепил ее на затылке серебристыми лентами. – Повернитесь-ка кругом.

Я повернулась к нему спиной и почувствовала, как он прикрепил что-то к моим плечам.