Книга Запретная королева, страница 101 – Анна О’Брайен

— Вы неверно все себе представляете.

Я отвернулась к окну; меня вновь окружали тени прошлого.

— Я понимаю, о чем вы говорите, – тихо сказала я, стараясь преодолеть ощущение безнадежности, переполнявшее мое сердце. – Могу я как-то повлиять на выбор гувернантки?

— Решение об этом назначении будет принимать Совет, – ответил Уорик.

Значит, не могу. Он ответил мне отрицательно. Я прижала пальцы к губам, продолжавшим предательски дрожать. Я не заплачу. Буду сильной ради своего сына. Мне в голову закралась обескураживающая мысль – и уже не в первый раз с тех пор, как Глостер больно ранил меня своей неприязнью.

— Все это потому, что я дочь женщины, у которой, мягко говоря, не самая добродетельная репутация? Поэтому мое влияние на ребенка не заслуживает доверия?

Уорик подумал, прежде чем ответить.

— Полагаю, вы должны смириться с тем, что в Совете есть люди, которым хочется свести на нет ваше влияние на сына. – Он смущенно пожал плечами, понимая, что его слова причиняют мне боль. – Вы должны принять это, Екатерина. Назначенная Советом гувернантка будет хорошо обращаться с мальчиком. Он быстро растет, и ему нужны уже не только чистая одежда и регулярное питание. Его Высочеству необходимы дисциплина и образование, он должен расти в соответствии с правилами воспитания английских принцев.

Но разве я не имею права заботиться о воспитании собственного сына и наблюдать за тем, как он выходит из младенческого возраста? Моя мать никогда за мной не следила. Я же буду следить за своим мальчиком, потому что он – это все, что у меня есть. В тот миг мне очень хотелось положить голову на плечо Уорику, чтобы развеять свои печали.

— Это будет вовсе не плохо, – успокоил он меня. – Совет назначит женщину мудрую и добрую, у которой есть опыт обращения с маленькими детьми.

— Но вы ведь тоже член Совета. Значит, у вас также будет право голоса, когда станут выбирать гувернантку, верно? – спросила я, гордо подняв подбородок.

Нет, я не заплáчу.

— Верно.

— А вы не могли бы выступить против кандидатуры, которую предложит Глостер, кто бы это ни был?

Уорик сухо улыбнулся:

— Определенное влияние у меня есть.

На это была моя единственная надежда.

Я знала, чего хочу, и знала, что нужно делать, чтобы на душе у меня было спокойно. Для этого необходимо всего лишь осторожно провернуть одну небольшую интригу. Через неделю (проведенную довольно активно) я опять пригласила Уорика в Виндзор и подстерегла его, когда он, войдя во дворец, шел через Большой зал.

— Я все время думаю о гувернантке для моего сына, сэр.

Он поклонился мне со своей обычной грацией, но в глазах его читалась нешуточная тревога: очевидно, мысленно он уже готовился к еще одной стычке с королевой-матерью, у которой не хватало ума на то, чтобы спокойно принимать решения, касающиеся ее сына.

— Что, Совет уже сделал свой выбор? – спросила я.

— Нет, насколько мне известно. – Уорик бросил в мою сторону еще один беспокойный взгляд.

— Тогда пойдемте со мной.

Я проводила его в детскую, где Джоан Эстли и подчинявшиеся ей служанки дни напролет исполняли переменчивые желания маленького мальчика. Здесь же, посреди этой суеты, на скамье сидела женщина с Юным Генрихом на коленях. Это была высокая худощавая дама в унылом темном платье, с величественной осанкой; ее волосы были тщательно спрятаны под белоснежный чепец. Когда мы вошли, она разговаривала с моим сыном, а тот забавлялся, засовывая ручки в ее перчатки и смеясь; она смеялась вместе с ним. Услышав звук открывающейся двери, женщина подняла голову.