Книга Мельник и Мавка, страница 3 – Ольга Самсонова

–Ладно, у меня работы много сегодня. Собирайся давай, и иди в избу. Неподалеку она, как выйдешь и налево. Там кот тебя встретит. Если замёрзнешь, натопи печку, раз уж тебе приспичило купаться. И каши тогда уж навари. Вечером буду.

Бажена не верила своему счастью. "Может, реально, померла, или сниться все это?". Огляделась, и поняла, что не в своей одежде. Да и вообще не в одежде – на ней порезанный мешок из-под муки.

–Накинь тулуп, да смотри, не вози его по полу. И пожитки свои забери. Сумка тут, а мокрое тряпье на улице.

Как только дверь за ней закрылась, девочка впилась зубами в хлеб и аж застонала от радости. Не жуя, проглотила несколько огромных кусков, но потом вспомнила, что с голодухи может и вывернуть, поэтому притормозила. Сквозь шум реки, она расслышала и звуки телеги, поэтому закуталась в тулуп посильнее, прижала к груди его и пожитки, и отправилась искать неведомую избу. "Кто меня встретит – за Лешего примет" – подумала она, и принялась молиться, чтобы никому на глаза не попасть.

3

Избы оказалось две. От одной веяло каким-то ужасом и нежитью. Окна темные от грязи, двор зарос и закидан мусором, сарай повален. Бажена от души понадеялась, что ей не туда, и выбрала ту, что подальше. Поняла, что не ошиблась, когда во дворе на нее уставилась желтыми глазами старая коза, а на порог вышел встречать чернющий кот, только одна лапа белая. "Как в муку наступил" – улыбнулась девочка, впервые за долгое время. В помещении было мрачно и холодно. Большую часть комнаты занимала исполинская печь. Пара лавок, здоровый пустой стол, сундук, да полки с нехитрой утварью, а под потолком гирлянды сухих трав.

В ее прежнем доме жили очень небогато, но все же там казалось уютнее и краше. "Жены, похоже, у него нет" – решила Бажена и ощутила, как возвращается ледяной страх. "А вдруг он ее сгубил, мельники ж известное дело, колдуны". Однако, выбирать было не из чего: либо остаётся тут, либо идет помирать. И девочка решила, что раз так – надо хоть каши поесть.

Дров нашлось много, все аккуратно убранные. Хотела было испечь хлеб, но не решилась – об этом ее не просили. Поэтому, под присмотром кота, она проворно растопила печь, выложила мокрую одежду просушиться, устроила тулуп на крючок и выбрала средний чугунок. На полке заметила куколку, какой детей учат кашу варить. Сами собой всплыли вдруг давно забытые мамины слова: "По пояс зёрнышек, по плечики водицы". Давно девочка не вспоминала свою настоящую маму, и слезы сами собой ручейками побежали по щекам. Она стыдливо вытерла их и поспешила убрать куколку на место. "И откуда, интересно, такая вещица у этого жуткого мельника?" – мелькнула неприятная мысль. "А вдруг он детей приманивает, а потом ест?". На это ответа не нашлось и Бажена поспешила занять себя делом.

4

Девочка знала, что кашу до хозяина не едят, но долгие голодные скитания и непонятность будущего заставили ее налопаться до сытого отвала. Переоделась в сухую непорваную рубаху и даже надела драгоценную юбку, правда прикрыв ее, в страхе замарать, штопаным передником. Уже давно она не чувствовала себя так хорошо, и, разленинная сытостью и теплом, рассудила, что теперь и помирать можно.

Мельник пришел, когда уже смеркалось. Очевидно, он был измотан и голоден, потому что молча оглядел теплую комнату и уселся за кашу. Бажена сжалась в дальнем углу лавки и смотрела в пол. Кот то и дело приходил потереться об ноги, но девочка не смела с ним играть, поэтому, всякий раз не получая отклика, он быстро уходил, вскинув трубой хвост.