Книга Дэйвенпорты, страница 92 – Кристал Маркис

И все же слова адвоката поколебали уверенность девушки. С момента их последней встречи Оливия то и дело думала о мистере ДеУайте. Он ставил под сомнение все, что девушка знала. Она представляла, как использует все, что мистер ДеУайт считал поверхностным и светским, для успеха Общего Дела. Адвокат с Юга ее недооценивает. «А мероприятие по сбору средств, которое мистер Тремейн планирует через полтора месяца, будет идеальной возможностью показать, на что я способна».

Стиль жизни Вашингтона ДеУайта, так не похожий на ее, обещал разнообразие, возможности вырваться из рутины, чего Оливии прежде не приходило в голову. Путешествия. Благотворительность. Цель.

И прежде всего – страсть.

Она никогда не чувствовала такого непреодолимого желания узнать как можно больше о каком-либо предмете, как желала узнать сейчас о гражданских правах, процедуре выборов и – да – законопроектах. В последние несколько дней она ездила в Чикагскую публичную библиотеку чаще, чем за прошедший год. В ее голове вопросы появлялись один за другим, точно одуванчики. По мнению миссис Вудард, скоро женщинам тоже дадут избирательное право. Лучше заранее все выяснить. К удивлению Оливии, в этих поездках ее вызвалась сопровождать Хелен. Если Томми или Гетти не могли составить им компанию, сестры усаживались на Гнедую, не утруждаясь запрягать ее в коляску. По пути они не обращали внимания на любопытные взгляды и сигналы клаксонов мчащихся мимо автомобилей. «Как я могла забыть, насколько я обожала ездить верхом?» По приезде в библиотеку Хелен предоставляла старшей сестре погружаться в интересную ей литературу.

Расплывшаяся по лицу Руби улыбка заставила Оливию вернуться в реальность.

— Ты бы за собой лучше следила, – попеняла Оливия подруге. – Что у тебя происходит с мистером Бартоном? Вы проводите вместе так много времени. Если старушки о ком и говорят, так это о вас.

Руби скривилась:

— И что ты слышала?

Оливия скрестила руки на груди. Она прошептала:

— Что ты первее меня пойдешь под венец, что мистер Бартон глаз с тебя не сводит. Неужели ты охладела к Джону?

— Да пока твой брат на что-то решится, состариться можно.

Оливия взяла подругу за руку:

— Я тебя не виню. Он ведет себя так, будто ему торопиться некуда. Они с Хелен что-то задумали, и, боюсь, из-за этого он ничего вокруг не видит. – Оливия заметила, как по лицу подруги пробежала тень. – Но ты не оставляй надежды, может, он еще придет в себя. Хотя, если у тебя чувства к Харрисону Бартону?.. – Она оставила вопрос висеть в воздухе. Но Руби на него не ответила.

Оливия хотела сказать, как ей жаль, что, возможно, они никогда не станут сестрами, но тут заметила Вашингтона ДеУайта. При виде правозащитника девушка ощутила раздражение, у нее появилось дурное предчувствие. Только тонкое дзиньканье серебряного прибора по бокалу заставило Оливию отвести взгляд от молодого адвоката. Джон, стоя перед оркестром, старательно произносил речь о родителях, которую написала Оливия. В этой речи подчеркивалась прочность их союза и перечислялись их достижения за годы брака.

«Я бы тоже так могла», – подумала Оливия. Она верила, что, если рядом с ней будет подходящий человек, она сможет найти свое призвание, которое с каждым днем все громче звучало в ее душе. И когда родители взялись за руки, чтобы станцевать для гостей, внимание Оливии переключилось не на мистера Лоренса, вокруг которого собралась небольшая толпа, а на прямолинейного адвоката Вашингтона ДеУайта.