Книга Дэйвенпорты, страница 170 – Кристал Маркис

— Можно мне стакан воды с газом? – попросила она.

— Минутку, мисс.

Ассистентка вышла из комнаты.

— Мама, может, подберешь еще брошь для сравнения? Думаю, она лучше подойдет к этому платью.

— О, я знаю одну, она будет смотреться идеально!

— Хотя нет, я передумала.

Из платья торчало столько булавок.

Миссис Тремейн прижала ладони к жемчужной нитке вокруг шеи.

— Хорошо, но, скажу честно, такой тон мне не нравится. Сомневаюсь, что Джону придется по душе такое поведение, да и детям нужен хороший пример.

— А мне не нравятся твои планы, мама, – ровно сказала Руби. – Я не выйду замуж за Джона. Я люблю Харрисона Бартона, и мне плевать, если это пускает под откос все твои планы. Я хочу быть счастлива. Это моя жизнь и мое решение. Я больше не позволю вам с папой мной помыкать.

К концу речи Руби ничего не слышала, кроме биения своего сердца. Она снова надела туфли. Воздух. Ей нужен свежий воздух. Руби прошла в противоположную сторону от брошек, игнорируя взгляды посетителей и продавцов.

«Неужели здесь нет ни одного окна?»

— О, это Руби Тремейн? Точно, она.

Руби поморщилась.

В нескольких шагах от нее, скрестив руки на груди, стояла Агата Лири и мерила Руби взглядом.

— Интересное платьице, – заметила она.

— Агата, я так рада тебя видеть! Хотя, как по мне, тебе не помешало бы хорошенько выспаться.

Агата рассмеялась. Смех ее был тоненький, приправленный враждебным взглядом.

— Я хотела кое-что у тебя уточнить. Я слышала, вы с мистером Бартоном порвали отношения. Значит, он снова в свободном плавании?

На мгновение на глаза Руби пала красная пелена того же глубокого оттенка, что и драгоценный камень на цепочке вокруг ее шеи. У нее промелькнула мысль задушить Агату Лири прямо здесь, перед стойкой с косметикой. Если бы не восхитительный порыв свежего воздуха со стороны входа, она, возможно, так и сделала бы.

— Вообще-то, я слышала, что он уже помолвлен.

Руби выпрямилась и пошла на выход, за прохладным ветром. Она позволила стопам нести ее туда, куда звало сердце. Она не обращала внимания на странные взгляды окружающих. Зажимы и булавки, скалывавшие платье, начали выпадать. Руби было все равно. Проехав пару остановок на трамвае, она поднялась по ступеням в роскошный дом из красно-коричневого песчаника, устроившийся позади раскидистого дерева в цвету. Она постучала в дверь и барабанила кулаком до тех пор, пока ей не открыла согбенная женщина. Позади нее, на лестнице, ведущей на второй этаж, раскрыв рот, стоял мистер Бартон.

Руби поколебалась.

— Извините, – сказала она и улыбнулась.

Девушка протиснулась между дверным косяком и экономкой. Широкими шагами подбежала к мистеру Бартону, а тот так же поспешно рванулся к ней. Они встретились у подножия лестницы.

— Я знаю, чего хочу. Я хочу жить с тобой. Я не хочу болтаться то к тебе, то от тебя. Я сказала матери. Пусть отзывают статьи из газет, мне плевать! Я люблю тебя, черт возьми!

Харрисон застыл на несколько мгновений, и Руби уже боялась, что вконец напугала его и их отношения уже не вернуть. Но тут он обхватил ладонью ее затылок и прижался губами к ее губам. Пальцы ног Руби за мысками туфель сжались. Она разомкнула губы, и поцелуй сделался глубже. Это был ее выбор.

Оторваться друг от друга их заставило дребезжание внизу. Это экономка захлопнула за собой дверь. Руби и Харрисон уставились друг на друга. Глаза их горели, на лицах сияли улыбки от уха до уха.