Книга Полдень, XXI век, 2011 № 11, страница 21 – Юлия Зонис, Ина Голдин, Виталий Забирко, и др.

В нестандартном конверте лежал сложенный втрое лист желтой от времени почтовой бумаги, несколько щербатых пластин из металла и пластика – орденских книжек, тонкий, но грубый проволочный браслет и потемневший, с отколотыми кусочками эмали знак-медаль «Освободитель». Президент привычной комбинацией клавиш дал задание считать информацию с карточек, но компьютер в столе задумался надолго. Экран наполнился серо-белой рябью, словно подтеками туши на странице. Затем вежливо попросил подождать несколько секунд. Лист же письма был аккуратно пролинован, чист и казалось даже пахнул чем-то знакомым.

Президент еще раз потер нос и стал читать. Он вполне доверял своей охране: раз пакет здесь, значит не биологической, ни химической и другой какой-либо угрозы его жизни и здоровью не было. Корявые квадратные буквы, грамматические ошибки.

«Гаспадин президент. Это – ваше. Принадлежит вашему зимлянинскому старику. Он долга жил в лесах у нашиго хутора. Мая мачиха инагда таком носила ему еду. Он нихател ухадить от старово кладбища. Там ранше был какой та мемориал. Много больших куадратных статуй. Он абвалился и потом там стали харанить всех зимлянинских стариков из города. Скора там пастроят новые дома, для бедных. Ваш старик ухаживал за магилами и прадавал нам сваи наград на рынке. Минял на продукты. Он был очень сатрый и зимой жил на наший ферме. Мой атец делал вид, что не замечает его. Ни выгонял. Старик умер аднажды, када пришол с рынка. Ево толкали много молодых человек и смеялись – он говорил, что воевал во войне с Черными душами и защищал нас от них. Ему никто не верил – Черные души не воевали с нами, они защищали кротезианцев от зимлянинов. Мачиха все видела, када хадила на рынок за продукты. Старик ушол в лес. Я нашел ево на старом кладбище. Он лежал в зеленай ваенной форме с разнацветными пластиковыми кубиками на груди с одной стороны. У нево было такое лицо, что я иму поверил. Мы с ацом и мачихой похронили его на кладбище на краю возле большой круглой тумбы ево последняя к лесу магила. Полхо брасать старика просто так. Мы ево похаранили. Атец сказал что старик был зимлянинский солдат и не брасал сваих да смерти. Я не понимял. Мой атец отдал мне играть все картачки и этот значок. Но мне они не нужные, а старика жалко.

Я учусь в школе, где есть нимношко руский язык кто хочит. Пусть вещи будут у вас. Старику-зимлянину будет приятно када сваи помнили».

Внизу листа стояла чужая, ничего не значащая подпись на таирском. Таирса – планетка втрое меньше Земли, интересная только этнографам, аграриям да туристам. Тихо щелкнул компьютер, давая понять, что разобрался с запросом.

Президент вернулся к столу и глянул на монитор. Там появились объемные изображения воинских наград времен последней войны звездной конфедерации с Черными душами. Этим космическим бациллам-переросткам был всё равно, кого завоевывать и разлагать на пищу. Почти сто лет назад на пути им попалась Кротезия. «Мы тогда уже общались с малютками-кротезианцами и предложили помощь, а соседнюю более развитую Таирсу пожиратели почему-то обошли стороной», – вспоминал историю Президент. Экран выдавал индивидуальные номера и данные владельца наград. Где-то вместо цифр и букв зияли пустые пробелы, как выбитые в драке зубы. Текст был сильно поврежден. Но, сделанный на трех межгалактических языках, он не мог испортиться во всех местах одинаково. И считанные компьютером варианты слились в две фразы: «землянин – 99 % вероятности» и «варианты фамилии землянина: 10 % вероятности». Фамилия деда.