Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 104 – Татьяна Иванова

— На Сьюлин я хотела записать свою рисовую плантацию, у меня там осталась добрая сотня акров земли и довольно приличный дом. Конечно, все это находится в запущенном состоянии и дом требует ремонта, но мне кажется, что Уилл, в случае нужды, со всем этим справится. Я ведь хочу, чтобы все было, по справедливости, дорогая.

Довольно приличный дом! – Скарлетт ухмыльнулась, вспоминая ветхий домишко тети Полин.

— О какой справедливости может идти речь, если чарльстонский дом отдается в чужие руки и уже не будет принадлежать нашей семье? Керрин никогда не сможет завещать этот дом кому-нибудь из нас, и я думаю, что тете Евлалии это не понравилось бы – пыталась Скарлетт сыграть на чувствах тетушки Полин. Уж если лишаться этого дома, думала она, то хотя бы выручить за него деньги. Несмотря на то, что дом был изрядно подзапущенный, находился он в самом центре Чарльстона и это место, уже само по себе, ценилось дорого.

— Монастырь еще, чего доброго, в случае нужды, продаст этот дом сторгов – продолжала Скарлетт убеждать тетю Полин.

— И его может купить какой-нибудь богатый янки. Вы хотите, чтобы в доме тети Евлалии жили янки?

— Ах, Скарлетт, ты терзаешь мне душу, я никогда об этом не думала. Конечно, я вовсе не хочу такой судьбы чарльстонскому дому, но и Керрин обидеть я тоже не могу!

— А Вы ее и не обижайте. Составьте завещание таким образом, чтобы дом переходил к Керрин только в том случае, если она уйдет из монастыря, а до той поры запишите его на кого-нибудь из нас. Тем более… Скарлетт перешла на доверительный шепот. – Тем более я хочу уговорить Керрин уйти из монастыря. Я знаю, что маме не понравился бы такой образ жизни Керрин, да и Мамушка очень переживает по этому поводу.

Скарлетт вовсе и не думала уговаривать Керрин уходить их монастыря, понимая всю бесполезность такой затеи, эти слова были произнесены как-то сами собой, хотя, надо сказать, она была бы совсем не против этого.

Глаза тетушки Поллин наполнились радостью.

— Ах, Скарлетт, неужели тебе это удастся?

— Возможно когда-нибудь и удастся!

— Ну, что ж, дорогая, ты дала мне хороший совет, и я, пожалуй, им воспользуюсь, а до той поры запишу дом на тебя.

Вечером, почти перед самым сном, Скарлетт имела серьезный разговор и с сестрой, объясняя истинную причину, по которой вызволила ее из монастыря.

— Ты должна пообещать Мамушке, что скоро уйдешь из монастыря, Керрин. Она очень переживает, что не сумела удержать тебя, и что ей придется отвечать перед мамой за это на том Свете.

Керрин недоуменно посмотрела на сестру.

— Я приехала, чтобы попрощаться с ней, но обещать ничего не могу, Скарлетт. Ведь я не собираюсь уходить из монастыря.

— Господи, ну какая разница, собираешься или нет. У тебя что, язык отвалится, если ты пообещаешь ей. Твое монашество разбивает ей сердце, и она страдает от этого больше, чем от болезни! Тебе что, ее не жалко?

— Очень жалко, Скарлетт, ты же знаешь! – на глаза Керрин навернулись слезы.

— Но пообещать такое – большой грех перед Богом, которому я служу. Ах, Скарлетт, как ты не можешь этого понять! Да и самой мне не хочется лгать, я думаю, что Мамушка поймет меня.

— Ничего она не поймет. Ей надо успокоить свою душу перед смертью и уйти с легким сердцем. А твое монашество висит над ней как дамоклов меч, оно не дает ей покоя здесь на Земле, и она страдает от этого. Мамушка вырастила всех нас как своих собственных детей и у нее болит душа за каждого из нас, так неужели ты, Керрин, не можешь сделать ради нее такую малость – взять на душу совсем небольшой грех и солгать?