Книга Мышка, страница 32 – Алла Каргина

— Кристина?

Она закрыла глаза и выпалила:

— На языке цветов фиалки — символ дружбы.

Он выглядел крайне удивленным:

— На языке цветов? А есть такой?

Она кивнула.

— Не знал.

Питер осмотрел комнату: две вазы с его фиалками и две — с розами. Поклон — и он направился к двери.

— А почему тогда вы присылали мне именно фиалки? Все три раза…

Он резко развернулся и жадно всмотрелся в ее лицо:

— Вас это расстроило?

Она покраснела:

— Я спросила первая.

Он пожал плечами и… улыбнулся:

— Я так понимаю, вы еще пару дней здесь пробудете?

Глядя во все глаза на радующегося непонятно чему Питера, Кристина кивнула.

— Вот и славно. Приятного аппетита!

Выйдя в коридор, он плотно закрыл за собой дверь. Кристина оглядела опустевшую комнату и сделала наконец то, что хотела последние пятнадцать минут — ущипнула себя.

Из СМС-переписки абонента «Милорд» с абонентом «Беннет»:

Милорд: «Горничная молодец! Что я должен ей за открытую дверь?»

Беннет: «Ничего, милорд. Я с ней уже расплатился».

Милорд: «Чем же? Что я должен вам?»

Беннет: «Одну розу, милорд».

Милорд: «Кстати, о розах! Завтра поговорим!» (Эмодзи чертика с вилами)

Беннет: «О розах? Как прикажете, милорд».

— Вот, а потом он ушел.

Алана была потрясена рассказом дочери. Вот уже третий час Кристина вспоминала новые подробности и говорила, говорила, говорила. За это время Алана успела переодеться, принять душ, смыть косметику, снова переодеться, на сей раз в ночную рубашку, подготовить Кристину ко сну, уложить ее, с комфортом устроив ушибленную ногу, и все это время дочь не замолкала. И дело даже не в том, ЧТО она говорила. То КАК она произносила его имя, как затихала периодически, вспоминая тот или иной эпизод сегодняшней встречи.

А ведь она любит его. Действительно любит. Вопрос: как он к ней относится? Если он полюбит ее — она станет самой счастливой на свете. Питер Девенпорт умный и сильный — это все, что нужно женщине от мужчины. Но если он разобьет ей сердце…

— Так что нам нечего бояться, мама. Питер не даст нас в обиду. Он сильный и умный.

Ну вот, приехали.

— Только я, детка, не поняла, а что конкретно он собирается делать?

— И я не поняла.

— Ладно, спи, родная. Спросишь в следующий раз.

Начавшая уже укладываться Кристина вновь вскочила:

— А ты думаешь он будет, этот следующий раз?

— Не знаю, милая. Поживем — увидим.

Кристина так смотрела на мать, что Алане ничего не оставалось, как успокоить дочь:

— Но моя интуиция говорит мне, что да.

Питер сидел на задней веранде, пил кофе и смотрел в сторону леса. В комфорте Беннет разбирался на все сто — место их тайной встречи (бред!) было подобрано безукоризненно. Шел второй час их пребывания здесь, и за это время ни один человек не заглянул сюда. При этом обнаружь их кто — Питеру нечего было бы инкриминировать: он со слугой занят разбором деловых бумаг. Личный камердинер в поездке исполняет обязанности секретаря — это нормально.

Беннет сидел напротив с планшетом в руке. Рядом с ним на столе лежали блокноты и ручки:

— Тогда вот, милорд. Васильки.

— Васильки?

— Да, милорд. Такие синие. Они тоже очень милые…

— Я знаю, как выглядят васильки. Читайте, Беннет.