Онлайн книга «Дети Йеманжи»
|
— Я хочу её увидеть! Занавески в дальней спальне на втором этаже были задёрнуты, и в комнате стоял зеленоватый полумрак. На широкой кровати у стены кто-то лежал, скорчившись и с головой завернувшись в покрывало. Эва на цыпочках пересекла комнату. Осторожно присела на край кровати. Набрала в себя воздуха и тихо-тихо спросила: — Ошун, это ты? Кокон из покрывала пошевелился – и замер. — Ошун, это я, Эва. Тебе очень плохо? Послышался чуть слышный, горестный стон. Затем покрывало медленно поползло в сторону. Появились спутанные чёрные волосы, затем – коричневый, влажный от пота лоб… и Эва чудом подавила крик. Прекрасное лицо Ошун пестрело страшными гнойными язвами вперемежку с чудовищными прыщами. Даже Обалу показался бы сейчас красавцем рядом с ней. Глаза набрякли потрескавшимися струпьями. Длинные ресницы слиплись от гноя. Сухие, потрескавшиеся губы были покрыты желтоватыми чешуйками. — Боже… Ошун! Что с тобой?! — Это всё твой брат… – прошептала она. – Это твой брат… О-о… лучше бы тогда Ошосси разрезал мне лицо! Тяжело перевернувшись набок, Ошун зарылась встрёпанной головой в покрывало. Плечи её затряслись. — Зачем он это сделал? Зачем?! Я знаю, что они все тебе наговорили! Про меня! Я шлюха, я эгоистка, я думаю только о себе… Шанго повёлся на красивые сиськи… Я не шлюха, не шлюха! И я люблю его! И я не виновата, что красивее, чем эта дура Оба! Я не отнимала у неё мужа, он ушёл сам! Есть вещи, знаешь ли, поважнее, чем мокека с креветками! — Есть, – согласилась Эва. — Ну, так скажи своим братьям это! – взвилась Ошун. – Скажи, что я ни в чём не виновата! Что Шанго сам выбрал меня! Никто не смеет называть меня шлюхой! Твои братья ненавидят меня, потому что ни с одним из них я бы не легла в постель! А больше всех – Обалу, бессовестный урод! А эта ведьма Йанса сама похожа на мужика! Ей бы только сцепиться с кем-нибудь и исколотить полгорода под собственные вопли! И Оба, толстая корова… Проклятые дуры, они завидуют, завидуют мне всю жизнь! Ну скажи – разве это справедливо?! – Ошун расплакалась, уронив изуродованное лицо в ладони. Эва молча смотрела в окно. Когда же рыдания рядом уже готовы были перейти в истерику, она сдержанно сказала: — Несправедливо было так обойтись с Оба. Зачем тебе это понадобилось? Ведь это подло… Шанго всё равно остался бы с тобой. Ты красивее Оба, она не могла тебе помешать. Так зачем было нужно так издеваться? — Эвинья! Эвинья! – Ошун повернулась к подруге, и Эва едва удержалась от того, чтобы не зажмуриться: таким чудовищным было приблизившееся к ней лицо. – Клянусь тебе жизнью: это была шутка, просто шутка! Мне в голову не могло прийти, что Оба всерьёз поверит в ТАКОЕ! Изумлённая Эва смотрела на подругу во все глаза. Она не сомневалась, что сейчас Ошун не врёт. — Ну подумай сама: кто в здравом уме поверит в то, что можно привлечь мужчину супом с собственным ухом?! Я знала, что Оба – дура, но… но не настолько же! – Ошун содрогнулась, – Самой, своими руками отхватить себе ухо и сварить его мужу на обед?! Ну, ответь мне, что у неё в голове? Мозги? Или её собственная фейжоада?! Эва не нашлась что сказать. — Ты же всё видела сама! Ты же была при этом! Оба потеряла последнюю гордость! Пришла прямо к студии, дождалась, пока я выйду! Я еле уговорила её зайти в кафе, чтобы не скандалить на улице прилюдно! Она принялась там реветь, залила своими слезами и соплями весь стол, спрашивала меня – что я делаю, чем привораживаю Шанго? Что мне было отвечать? Подвести её к зеркалу – и самой встать рядом?! Я сказала эту чушь про ухо просто, чтобы она отвязалась! Я уверена была, что после этого Оба пошлёт меня ко всем чертям, встанет и уйдёт! А она… она поверила! – Ошун нервно рассмеялась, всплеснула руками, – Боже мой, она совсем сошла с ума! Со мной никогда в жизни такого не было! Ты мне не веришь? |