Онлайн книга «В поисках любви»
|
— Не дразни меня, Дэви, – с обезоруживающей улыбкой попросила Линда. – Ты не можешь представить, как я счастлива. — Да, ты выглядишь счастливой, не поспоришь. Но эта квартира – просто смех. — Я как раз размышлял, – сказал лорд Мерлин, – что вкусы меняются, а стереотипы – нет. Прежде французы держали любовниц в квартирах, в точности похожих одна на другую, и доминирующей нотой в их убранстве были кружева и бархат. Стены, кровать, туалетный столик и даже ванна были увешаны кружевами, а все остальное было в бархате. В наши дни кружева заменили стеклом, а «все остальное» – обили атласом. Линда, уверен, что у вас стеклянная кровать, не так ли? — Да… но… — И туалетный столик стеклянный, и ванная комната, и я не удивлюсь, если и ваша ванна сделана из стекла, по бокам в ней плавают золотые рыбки. Золотые рыбки – это извечный лейтмотив. — Вы подсмотрели, – угрюмо проронила Линда. – Очень смешно. — О, черт возьми! – воскликнул Дэви. – Значит, это правда! Клянусь, он ничего не видел! Но, знаешь, не надо быть гением, чтобы просто догадаться. — Правда, – продолжил лорд Мерлин, – здесь я вижу несколько предметов, все-таки улучшающих ситуацию. Гоген, вон те два Матисса (немного вульгарно, но талантливо написанные), ковер, произведенный на мануфактуре Савонри[113]. Ваш покровитель, должно быть, очень богат. — О да, – подтвердила Линда. — В таком случае, моя дорогая, я попросил бы чашечку чая. Линда позвонила в колокольчик, и вскоре Дэви с упоением школьника накинулся на эклер и слоеный торт. — Я поплачусь за это, – сказал он с залихватской улыбкой, – ну и пусть! Не каждый день бываешь в Париже. Лорд Мерлин бродил по комнате с чашкой в руке. Он приблизил к глазам книгу, которую Фабрис накануне подарил Линде, это был сборник романтической поэзии девятнадцатого века. — Вы сейчас читаете это? – спросил он. – «Dieu, que le son du cor est triste au fond des bois»[114]. Когда я жил в Париже, у меня был приятель, который в качестве домашнего питомца держал удава, и этот удав однажды забрался в валторну. Приятель в ужасе позвонил мне и сказал: «Dieu, que le son du boa est triste au fon du cor». Мне никогда этого не забыть.[115] — В котором часу обычно приходит твой возлюбленный? – спросил Дэви, вынимая часы. — Не раньше семи. Останьтесь и познакомьтесь с ним, он такой потрясающий дост. — Нет уж, спасибо, ни за что. — А кто он? – спросил лорд Мерлин. — Герцог Советер. Дэви и лорд Мерлин стремительно обменялись взглядами, в которых смешались огромное удивление и веселый ужас. — Фабрис де Советер? — Да. Вы его знаете? — Дражайшая Линда, совершенно забываешь, что за вашей отчаянно изысканной внешностью, скрывается маленькая провинциалка. Конечно, мы его знаем, и знаем о нем все. И не мы одни, а все, кроме вас. — Так вы согласны, что он потрясающий дост? — Фабрис, – с нажимом произнес лорд Мерлин, – без сомнения, один из самых порочных мужчин в Европе. Я говорю о его отношении к женщинам, но должен признать, что в обществе он чрезвычайно приятен. — Вы помните, – внес свою лепту Дэви, – как в Венеции мы видели его сидящим в гондоле то с одной, то с другой? Он менял их как перчатки, бедняжек. — Пожалуйста, не забывайте, – сказала Линда, – что в данный момент вы пьете его чай. |