Книга Наложница генерала, приносящего мир, страница 42 – Хатка Бобра

— Жалко, что из твоих драгоценностей мы ничего здесь продать не можем, — говорил Цуо Су, по привычке покусывая веточку.

Продавать драгоценности из дома правителя области прямо в его столице действительно было рискованно, очень просто могли узнать и донести.

— Но я знаешь, что могу… Давай, я куплю двух лошадей в какой-нибудь деревне и поставлю их на постоялом дворе на несколько дней, это обычное дело. Потом я могу за полдня дойти туда и к ночи вернуться с лошадьми…

— На несколько дней? — спросила Бай Юй, немного растерявшись.

— Три дня, неделя, грязь уже почти высохла…

Уже?

Бай Юй посмотрела на двор, заваленный досками и ящиками, как будто проснулась.

Книги, занятия, роспись в покоях Ми-фужэнь, семейные дела заставили ее потерять счет времени. Конечно, еще Сян Юй.

Пока Бай Юй была нелюбимой наложницей, забытой на задворках усадьбы Сян, она не особенно интересовалась отношениями между людьми в семье, но теперь ей начинало казаться, что все эти древнекитайские гаремы не были такой уж неудачной идеей.

В самом деле, любовь между мужчиной и женщиной, долго ли она длится? Проходит несколько лет, и они теряют друг к другу интерес. Многие жены устают на работе, у них болит голова, и интересная книжка или вечерний сериал кажутся более привлекательными, чем надоевший муж с компьютерной мозолью на заднице. Если бы не страх, что он уйдет к другой, многие были бы даже рады, что он иногда проводит время на стороне.

В древности некоторые жены сами предлагали мужу взять наложницу, лишь бы оставил их в покое. При этом, домашние обязанности были разделены между несколькими женщинами, не надо было рожать кучу детей, а господин был обязан всех обеспечивать и не обделять вниманием. Разве плохо?

Замкнутый мир домашнего хозяйства вполне устраивал большинство женщин — в этом древний Китай ничем не отличался от 21 века. Им не хотелось стремиться к великим достижениям, бороться, напрягать мозги и брать на себя ответственность. Им хотелось просто спокойной жизни с семьей и вечерним сериалом. Как в эпоху Цинь, так и во все века.

Это было мироустройство, удобное для большинства.

Условие было только одно: не влюбляться.

Вся спокойная жизнь рушилась, если он становился для тебя небом и землей, если без него солнце не светило и минуты тянулись, как часы. Если сердце ломалось пополам, когда, ловя его ласковый взгляд, ты думала о том, что так же ласково он смотрит на других женщин.

Вот почему все "Наставления" и "Каноны" предупреждали молодых дурочек, что отношения в семье должна быть основана на уважении и служении, — без страсти, без ревности и стремления забрать себе все внимание господина.

Без любви.

Юй Ваньсин не выполнила это условие.

Бай Юй стыдно было смотреть в глаза Юй Ваньсин.

Бай Юй ведь знала, что Сян Юй был ее единственным счастьем в этом мире.

Про Чан ЯньЮаня Бай Юй старалась сейчас не думать.

Когда она вернется в свое время, она возьмет Чан ЯньЮаня за руку и никогда больше не отпустит его. И тогда Сян Юй станет далеким воспоминанием, в которое она сама не будет верить.

Как курортный роман в далекой молодости. Две тысячи лет назад.

Как вода, уносящая осыпающиеся цветы.

Как роса на траве, высыхающая к утру.*[139]