Книга Элиза и ее поклонники, страница 54 – Дженнифер Адамс

— Вот как?

Элиза охотно погрелась бы еще немного в лучах своей славы, но, искоса бросив взгляд на подругу, она заметила, что та, по-видимому, рада. Вероятно, Анна, хотя и не пожелала признаться в этом, все-таки чувствовала себя как будто бы в тени.

— Ты, может быть, хочешь остаться? – спросил Франц, обратившись к своему другу. – В таком случае я один провожу девушек домой.

Филипп покачал головой:

— Нет, зачем же? Мы вместе пришли, вместе и уедем.

Простившись с хозяином и остальными гостями (для этого потребовалось некоторое время), компания уселась в карету: барышни рядом, Франц и Филипп напротив них. «Лучше было бы рассесться по-другому», – подумала Элиза. Она вдруг ощутила сильную усталость и охотно прильнула бы к плечу Филиппа… ах нет, конечно же, Франца.

Элиза тихонько засмеялась, представив себе, будто бы она действительно склонила голову на плечо барона фон Хоэнхорна. Что сказали бы тогда брат и Анна? А он сам? Предложил бы ей руку для опоры? Размышлять об этом было приятно…

— У тебя глупый вид, – сказал Франц и, поглядев на друга, спросил: – По-моему, она выпила слишком много шампанского, ты не находишь?

На губах Филиппа заиграла улыбка. На подчеркнутых маленькими усиками красивых губах, по которым Элиза вдруг затосковала. Он чуть подался вперед и пристально посмотрел на нее. Она задышала чаще. Его глаза блеснули, встретив ее взгляд. Это мгновение было прекрасно, однако оно прошло, и никто ничего не заметил.

— Определенно, – ответил Филипп, откинувшись на спинку сиденья. – Хорошо еще, если нам не придется нести ее в постель.

Постель… нести… Филипп… От этой мысли у Элизы закружилась голова.

— А ну перестаньте ее злить. Если тут кто-то и пьян, так это вы, – послышался сердитый голос Анны. – Я очень хорошо видела, что вы кроме чая и шампанского угощались еще и виски!

Молодые люди захохотали так громко, что прохожие на улице стали бросать на их карету любопытные взгляды. Анна сжала руку Элизы в своей, и барышни тоже засмеялись. Компания прибыла домой в наилучшем расположении духа.

Следующим утром, когда Филипп спустился к завтраку, Элиза вместе со всем семейством уже сидела за столом.

— Я успела немного прогуляться для аппетита, – сказала она своей маменьке и бросила на Филиппа быстрый взгляд, свидетельствовавший о том, что его послание найдено.

Накануне вечером, когда Франц отправился в город к своей любезной, Филипп вышел с бокалом отличного местного вина в окутанный сумерками сад, опустил письмо в дупло и сел на скамейку под большим каштаном. Любуясь танцем светлячков и слушая стрекот сверчка, он думал об Элизе. Эти темные деревья и кустарники могли бы послужить прекрасной декорацией для одной из глав ее романа. Филипп решил, что при случае посоветует ей написать сцену свидания в вечернем саду.

Теперь же она сидела прямо против него за столом и ела свежую клубнику, поданную к завтраку в числе прочих отменно вкусных вещей. Глаза Элизы были опущены, но их блеск пробивался сквозь ресницы, заставляя Филиппа сомневаться в том, что ему хватит сил держаться от этой девушки на расстоянии – такое решение он принял после поцелуя, слишком взволновавшего их обоих.

«Конечно же, нельзя, чтобы тот случай под старой ивой повторился. Однако не будет ли это чрезмерной предосторожностью, если я начну ее избегать? – думал Филипп. – Отчего бы мне не продолжить, находясь рядом с ней, с интересом наблюдать, как она превращается из простодушной девочки в женщину, окруженную поклонниками и умеющую ловко ими вертеть. Вчера на пикнике все мужчины были ею очарованы».