Книга Элиза и ее поклонники, страница 107 – Дженнифер Адамс

— Вовсе мы не помолвлены, – ответил Филипп, энергически мотнув головой, и находчиво прибавил: – Кстати, знать садовницу ты не можешь. Она приехала в Баден только позавчера.

— Это она сама тебе сказала? А не упомянула ли она, часом, о том, в какой гостинице остановилась? Полагаю, вы с ней еще увидитесь?

— Не заставляй меня компрометировать даму.

Франц, смеясь, хлопнул Филиппа по плечу.

— А я уж думал, что ты совсем охладел к прекрасному полу!

— Я человек осторожный. Да и ты, как только я сюда приехал, предупредил меня, что все здешние барышни неустанно ищут себе мужей.

— Очевидно, ты позабыл об осторожности, когда назвался женихом садовницы. Как бы незнакомка не поймала тебя на слове! Ты не боишься?

Боялся ли Филипп, что Элиза в самом деле станет его невестой? Нет, эта мысль почему-то вовсе не пугала его. Скорее, напротив, приятно волновала. Женитьба позволила бы им уединяться, уже не таясь. Каждую ночь они ложились бы в общую постель и отдавались друг другу, а после вели бы долгие разговоры…

— Замечтался? – Франц по-приятельски ткнул Филиппа локтем под ребро. – Уж не о ней ли?

— Ну вот еще! Нет, я думаю о своем будущем. Сегодня утром я получил письмо из Мангейма, от одного адвоката, который, вероятно, примет меня в свою контору. Он предлагает мне явиться к нему через неделю.

Прочитав это послание, Филипп должен был бы обрадоваться обнадеживающему известию, но, по правде говоря, он скорее испугался. Покинуть Баден-Баден? Проститься с Элизой? Уже сейчас? Готов ли он?

Как бы то ни было, хорошее место для него необходимо, а мечтать, идти на поводу у своих желаний – это ему не по карману. Ведь он не Франц, который может ни о чем не заботиться, получая щедрое содержание от отца.

— Но это же превосходно! Завидую тебе, старина! Пока я умираю с тоски на студенческой скамье, ты будешь работать над интересными делами, служить правосудию.

— Ты тоже мог бы уже кончить курс, если бы не…

— Знаю-знаю! Бабы и вино тянут нас на дно, – засмеялся Франц.

— Если мне удастся произвести на того адвоката благоприятное впечатление, то я, пожалуй, уже не вернусь сюда из Мангейма, – медленно проговорил Филипп.

Наверное, так было лучше. Его дружба с Элизой, ставшая опасно близкой, подходила к естественному концу.

Как бы ни хотелось ему назвать эту женщину своей, он понимал, что ее отец никогда не даст на то согласия. Она может, согласно желанию графа, стать женою Хенри или же найти себе в будущем году другого подходящего жениха. Он, Филипп, не станет ей в этом мешать. Возможно, изредка она будет вспоминать о нем. О первом в ее жизни поцелуе под плакучей ивой, о свиданиях на скамейке под каштаном, о ласках в читальном кабинете курзала…

— …ужасно жаль, – донесся до Филиппа голос Франца. – Я-то надеялся, что ты погостишь у нас подольше. Но хоть пара дней-то у нас еще есть, а потому не гляди так печально. Давай-ка лучше зайдем куда-нибудь и пропустим по кружечке прохладного пива.

Будущий помощник адвоката согласно кивнул и, взяв себя в руки, принял бодрый вид.

* * *

Следующим утром, когда Филипп вошел в столовую, Элиза уже сидела между теткой и Амели. Поприветствовав семейство, гость сел подле Йозефины напротив баронессы фон Лаутербах. Так он мог, не видя Элизу постоянно, все же поглядывать на нее время от времени.