Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
Мать застала меня уже на дворе. Я, мой небольшой отряд, Исольф, мы все уже в сёдлах, когда она выскочила на крыльцо и быстро-быстро спустилась с него ко мне, едва не хватая меня за стремя: — Сигурд! Ты уезжаешь не попрощавшись?! — Важные дела зовут меня, мама, конунгу не к лицу отсутствовать в столице столько времени. — Фроде зачем убил? — Фроде захлебнулся в своей подлости, — спокойно ответил Сигурд, — он и тебя бы предал, зря ты приблизила его, предатель как зараза, мертвит всё, чего касается. С этими словами, мой сын поддал коню под бока и сорвался вскачь, сопровождаемый своим отрядом. Я с тоской и сомнением смотрю ему в след. Сделает он то, чего я ожидаю? Чего так давно желаю? Будет ли стоек до конца? Но с таким лицом не едут мириться с жёнами… И всё же… Убил Фроде. Почему? Ты стал слишком взрослый, Сигурд… Я не могу управлять тобой, я тебя не понимаю, ты стал слишком сложен для того, чтобы я могла просчитывать тебя… И слишком сильный, чтобы могла навязать тебе свой взгляд, свою волю. Но ты всегда был независим. Ты подчинялся только в том, в чём сам хотел подчиниться… Глава 6. Где сердце Я спешил. Почти как когда-то в Норборн. Тогда я летел спасти её. Теперь — себя. Или чтобы убить нас обоих. Я ещё не знал, от неё я хочу спастись, от её лжи, от лжи моей матери и остальных, я не знал, во что мне верить… Я должен увидеть её. Я всё пойму по ней. Я прочту. И то, чей ребёнок, и то, что было в Чумном походе. Та, кем я дышал столько лет, не сможет солгать так, чтобы я не увидел. Если я не понял раньше, не разобрался в её лжи, может быть смогу теперь, когда я ободран, когда я без кожи, когда даже рёбра вырваны и моё сердце обнажено и чувствует всё… Пять с половиной недель не было Сигурда. Я знала теперь, что ребёнку во мне почти двенадцать, три месяца… Я могла теперь почувствовать круглый как очень большое яблоко, как Сигурдов кулак, бугор у себя над лоном, особенно, если лечь на спину. Всё тело моё менялось, и я каждый день с новым удовольствием наблюдала эти перемены. Но эта немая разлука изводила меня. Где ты, Сигурд?! Почему ты пропал так надолго, почему не написал ни слова. Исольф прислал несколько коротких записок о том, что конунг нездоров немного из-за этого и задержался в бывшей вотчине… Но я чувствовала, что в этих записках он мог написать лишь то, что ему позволили, чтобы не слишком беспокоились здесь и не предприняли мер. Но что такого там могло произойти, что надо было скрывать? Сердце отказывалось верить в дурное, в серьёзную болезнь моего прекрасного, моего любимого, моего конунга. Я была слишком счастлива сейчас, чтобы почувствовать какую-то беду. То моё предчувствие, что терзало меня перед его отъездом, теперь казалось причудой беременной. Как и ушедшая холодность… Сигурд, знал бы ты, сколько желания накопилось во мне за эти недели, забыл бы все свои обиды. Вернись поскорее… Они прилетели как вихрь на конях на площадь Сонборга. Сигурд без улыбки, бледный, с горящим взором, будто пытается прожечь мне кожу, Исольф в смущении, не смотрит в лицо. Что там было, Боги?! Она спускается с крыльца, быстро, лёгкая, как всегда, даже шаги не слышны по ступеням, будто не ступает, будто воздух под подошвами у неё. Ходят так страшные грешницы и лгуньи?.. Слаще женщины нет в Свее… |