Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
Она посмотрела мне в глаза, переставая улыбаться. Она помнит не только это, не только, как я перевязывал её рану, но и как всё изменилось в те несколько минут между нами… — Не надо, Боян… — очень тихо проговорила Сигню. — Сигню, — я поднялся, но она отступает, отводя взгляд. — Не надо… И так… слыхал, что болтают обо мне… — она ещё отступила, положила бинты на стол, куда придётся, только чтобы держаться подальше от меня… — Никто такого, что говорил Ивар, не болтает… — Пока не болтают, — она посмотрела на меня. — Стоит одному сказать, другие подхватят. Мне и так непросто, поверь. Не хватало грязных сплетен ещё… — Обо мне никто не станет болтать. Никто меня мужчиной не считает, — говорю я. Она смотрит всё же мне в глаза. — Я считаю, — тихо и уже не испуганно сказала она. — Другие тоже поймут. Это… не скроешь… Чего не скроешь, Сигню, о чём ты говоришь?! Боги, помогите мне разобраться! Она говорит о нас? О нас с ней?!.. Я не стал преследовать её и дальше, я вижу, как она устала, как озабочена всем произошедшим, происходящим, возможно, ревностью Сигурда, беспричинной и от этого особенно жгучей, для них обоих. Она не ездит с ним в Брандстан уже довольно давно, все заметили это. Сам Сигурд редко посещает свою вотчину, не чаще раза в год, возвращается неизменно мрачный. И после этих поездок они запираются в своих покоях, куда никому не войти, только если «пожар или война»… Я вернулась в нашу с Сигурдом горницу, горят притушено лампы. Раздевшись, очень тихо, я умыла лицо и руки, вычистила зубы в смежной со спальней уборной, где только в морозы не текла вода из рукомойника, когда замерзала в желобах, тогда её просто натаскивали вёдрами и наполняли рукомойники. Но за стоками следили круглый год одинаково, и никогда на моей памяти не было, чтобы стоки из города засорялись. Больше того: ещё мой дед, конунг Магнус, сделал почётными обязанности золотарей. Считалось и продолжает считаться, что они служат городу как алаи или воеводы. Но разве по сути это не так? Я вышла в спальню, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Сигурда. — Не строжись, я не сплю, — он повернулся в постели, глядя на меня, положил локоть под голову. — Что там с Астрюд? — Плохо. Ребёнка нет. Сама… не знаю, Боги помогут, выживет. — Если бы вовремя, ты помогла бы? — Кто знает? — я села на край ложа. — Я отправил Гуннара в Норборн, — сказал Сигурд, — что скажешь? — Там давно никто из алаев не был, — сказала я. — Или… ты что-то другое услышать хотел? Она смотрит на меня. Через плечо. Рубашка съехала, обнажая его, тонкий рубчик поперёк — ранение под Норборном. А ведь Гуннар спас её сегодня от смерти. Если бы… Я придвинулся, обнимаю её, её, тонкую, гибкую сквозь эту мягкую ткань. — Прости меня, Сигню, — я целую её спину, плечи, пригибая к себе. — Когда ревновать не будешь так? — она обвила рукой мою шею, подставляя приоткрытый мягкий рот под мои жадные губы… — Никогда… Глава 3. Птица Астрюд не умерла, через несколько недель выправилась, я приезжала каждый день к ней, даже когда в этом не было уже никакой необходимости. Это очень не одобрял Боян, говорил, что «сколько волка не корми, он в лес смотрит», так и Астрюд никогда не простит мне смерти родителей, да и то, что до того они наговорили ей на меня, уже достаточно оказалось, чтобы она ненавидела и не доверяла мне. |