Книга Авиталь и ее отец, страница 5 – Дан Берг

Мать и дочь начали разговор, не дожидаясь прихода отца. Решили: как появится глава семьи, так и скажет свое значительное слово. Приготовленный заранее ужин Халис держал на малом огне. Так уж заведено: сперва едят мужчины, а уж потом женщины. Стало быть, трапеза откладывается до возвращения Ифтаха.

2

Сара и Авиталь уселись на циновки друг против друга. У входа в шатер расположился Халис. Пусть слушает испытанный временем слуга — ведь ему и без того известны многие семейные секреты.

— Что бы ты хотела узнать, дочка? — спросила Сара для зачина беседы.

— Всё хочу знать о семье нашей, разве не положено мне? Я уже взрослая! — настырно ответила Авиталь.

— Ну-ну, Авиталь, не горячись прежде времени, а лучше послушай. Дед твой, родитель отца, жил в городе Гиладе, и судил тамошний народ, и правил им. Народ был им весьма доволен и горд. При нем иудеи отменно трудились — возводили дома, строили загоны для скота, рыли колодцы. И воевали славно — не раз аммонитяне-язычники посягали на земли Гилада, но дед умело командовал ополчением и надежно оборонял городские владения.

— Значит, отец мой — сын судьи? Отчего же народ не избрал его судьей после смерти деда? Первосвященник не хотел?

— Не спеши, Авиталь, давай вместе разбираться. Дед породил четырех сыновей. Стало быть, у отца твоего есть три брата. И они появились на свет от законной дедовой жены. А вот Ифтах, что родителем тебе приходится, сын наложницы — вот где закавыка!

— Неужели дед мой сразу двух женщин любил?

— Не знаю, Авиталь, скольких женщин он любил. Спросишь об этом мужчину, и не получишь ответа — слишком труден вопрос. Однако говорили люди, что дед ценил Ифтаха выше законных сыновей.

— Наверное, он наложницу любил больше жены!

— Очень даже может быть. А теперь подумай, нет ли здесь причины для раздора?

— Конечно есть! Небось, законные сыновья задумали оттеснить отца в сторону и самим унаследовать судейство и власть над народом!

— Так и случилось, Авиталь. Но не только о судействе и о власти речь. Имущество и земли тоже наследуются! Да и это не всё…

— Не всё? Жадные братья обделили отца, и им этого мало?

— Важную вещь подарила судьба отцовским врагам. Я о том сказать хочу, что имелась у них еще одна зацепка, и хоть тяжело мне говорить об этом, а надо. Наложница-то, бабка твоя, которой уж давно в живых нет, не иудейского роду была, а из языческого племени происходила. Деду не удалось скрыть сие от первосвященника, а уж от него дознались об этом и дедова жена законная, и сыновья ее, да и весь народ гиладский.

— Моя бабка язычницей была! Что ж плохого тут? Разве сын у нее дурной получился? Никак не скажешь! Может, внучка не удалась?

— И сын хорош, и внучка удалась, да только Бог иудейский лучше знает!

— Коли дед мой вопреки воле Господа языческую женщину в наложницы взял, стало быть, сильно ее любил, больше законной супруги. Так я и думала! Теперь мне всё ясно!

— Тебе еще не всё ясно, доченька, потому как я не всё сказала. Первосвященник поставил деду на вид, мол, не гоже судье держать при себе язычницу.

— А, понимаю, первосвященник хотел, чтобы дед бросил чужачку и любил только законную жену, так?

— Нет, Авиталь. Гиладский посланец Господа в любовные дела судьи не встревал. Он потребовал, чтобы дед обратил наложницу в иудейскую веру.