Онлайн книга «Кружево Парижа»
|
Я не собиралась ничего доказывать ни Лорину Майеру, ни мистеру Джеймсу Митчелу. Мы остались еще на одну ночь у Лорина и потом поехали в Меран, прекрасный курортный городок, угнездившийся на границе двух речных долин. Отель располагался рядом с парком, где росли пальмы, и недалеко от реки Пассер, бурлящей на камнях по пути через город. Я постояла немного перед белой статуей императрицы Сиси, элегантно одетой красавицей, вынужденной жить в несчастном браке. Она была известной и любимой подданными императрицей обширной Австро-Венгрии, статуя изображала сидящую женщину, скромную и сдержанную. Она попала в ловушку. — Кто это? – спросил Джим. – Какая Елизавета? — Женщина, которой здесь принадлежало все, – сказала я и повела его через реку в центр города. Встреча с младшей сестрой Кристль прошла очень бурно. Вначале мы друг другу обрадовались, потом она высказала обиду, что я ее бросила. После встречи она еще много лет не могла понять и простить меня. Мы с Джимом остановились на несколько дней в Меране, поднимаясь на фуникулерах в горы, гуляя в прохладе Хафлинга и перевала Вигил, отдыхая в летнюю жару у бассейна отеля. Джим ни во что не вмешивался, читал книги, шел впереди с рюкзаком с бутылкой воды и шоколадом и, казалось, был счастлив, а мы с сестрой шли следом. Мы обедали в горных ресторанчиках с видами на долину, ели kaiserschmarrn[41], пышные омлеты с голубикой, лисичками и белыми грибами, лапшу или кнедлики. В последний день Джим сказал, что хочет поработать, и я провела день, гуляя по «Павильону», тенистой колоннаде, где покупатели укрывались от зимнего снега и летнего солнца, заходя в магазинчики, выбирая одежду и скатерти, а в книжном – биографию Сиси, альбомы с фотографиями гор и карты для Джима. Кристль уговаривала купить тирольское платье, но я отказалась – во всем нужна мера. Мы с Джимом условились встретиться в кафе König перед культурным центром, где проходила выставка современного искусства, и, пока ждала, я заказала кусок традиционного шестислойного бисквитного торта «Добош» с шоколадным кремом. Я вдруг поняла, что это была мамина мечта, ее представление о хорошей жизни: в свободное время поехать в Меран, крупный город, ходить по магазинам и остановиться перекусить в кафе. Аппетит пропал, и, когда пришел Джим, я предложила ему нетронутый кусочек торта. Из Мерана мы отправились в Рим, по пути остановившись сначала в Венеции, потом во Флоренции. В последний день Джим отвез меня в Помпеи. Мне было жутко ходить по окаменевшему городу, где произошла смертельная катастрофа. В каком-то месте Джим попросил позировать перед виллой на фоне Везувия. Его лицо было закрыто фотоаппаратом. — Та-ак… Вот хорошо. Он щелкнул кнопкой и взвел затвор для следующего снимка. Я не двигалась, уже давно приученная к его фотозаскокам – он возил с собой целую сумку кассет с пленками, отснятыми с момента покупки его «Лейки» в Швейцарии. Точно так же, как и с «Роллс-Ройсом», он наслаждался своей новой игрушкой. Он настроил объектив. — Знаешь, Роза… ага, ага, хорошо… Клац. — Поверни-ка голову чуточку влево… Знаешь – я не могу даже припомнить, когда так прекрасно проводил время… Клац. — Облокотись чуть-чуть на ту колонну… ага. – Нет, договор что надо. Клац. — И я, со своей стороны, сделаю все возможное… |