Книга (Не) Пара для генерала драконов, страница 143 – Валентина Ладная

— Говори, — прямо напротив меня, неподалёку от моего укрытия, настолько близко, что мне удавалось разглядеть даже глубокую морщинку на переносице от сведенных бровей, зло рычал Веррион, нависая над дрожащей и обескураженной Гретой.

— Я сказал говори! Ее нет?

Я замерла, не понимая, о чем или вернее о ком идет речь.

Он говорил обо мне?

Грета замотала головой, поджимая трясущиеся губы, и тихо, всхлипывая от страха, прошептала, прижимая к груди свои руки:

— Нет, ты что. Она в своей комнате, она… ты во многом ошибаешься, мой мальчик.

Ее слова звучали искренне. И я благодарна ей за защиту. Но взгляд генерала потемнел еще больше. Он не поверил ей.

Фигура женщины, казалось, уменьшалась в размерах. Она вжала голову в плечи, потерянно заглядывая в его грозовые глаза.

— Врешь!

Женщина предприняла попытку успокоить его зверя, лик которого проявлялся на лице дракона, покрывая кожу блестящей чешуей. Она осторожно коснулась, кладя свои подрагивающие ладони ему на грудь.

Смелая Грета.

— В комнате… — оттолкнул, безжалостно сбрасывая ее прикосновения, отходя на середину кабинета. Его обнаженная спина с литыми, напряженными мышцами заполняла собой все пространство. С низкой посадкой темные брюки обтягивали мощные бедра.

Сильный и разъяренный зверь, вот кем он являлся, стоя там, в темноте своего кабинета.

Размышляя над его словами, я никак не могла понять, почему он не верит Грете?

Я же дома.

Что мешало ему прийти и убедиться в этом лично?

— Зачем врешь, я знаю, что она белый дракон.

Мне кажется, после произнесенных слов мое сердце перестало биться. Вот просто в одно мгновение от шока и страха забыло, как толкать кровь по венам, заставляя меня задыхаться. В груди сдавило. Стало так больно и страшно.

Откуда ему это стало известно?

— И каких-то, сука, пару часов назад я лично встретился с ней на поле сражения. Она, тварь, которую я впустил в свой дом, а ты заботливо пригрела на груди, переметнулась на сторону диких.

Грета ахнула, а вместе с ней и я, кусая кулак, чтобы не выдать себя.

О чем он говорит? Какое сражение? Какой белый дракон?

Бетрина навострила уши, вместе со мной слушая ложные обвинения.

— Этого не может быть. Она все время была здесь одна…

Веррион зарычал, разворачиваясь к Грете всем корпусом.

— Одна ли?

И снова шок. Как удар в лицо. Я даже пошатнулась, прекрасно понимая, к чему он клонит. Ник. Он знает про него и о том, что именно я вызволила его из крепости.

— Или ты мне все расскажешь, или я за себя не отвечаю…

По гладким бледным щекам Греты полились крупные слезы. Я болезненно содрогнулась, захлебываясь от жгучего, раздирающего внутренности чувства вины перед этой несгибаемой женщиной.

Может, обнаружить себя и будь что будет?

— Я не могу тебе всего рассказать. Это не моя правда! — рыдая в голос, прошептала Грета, окончательно выводя из себя дракона.

— А чья? Ее? Ты слышишь себя? Пошла вон!

— Но… — не унималась Грета.

Но его уже было не переубедить.

— Все вон! Никого не желаю здесь видеть. Я сам с ней разберусь, без вашего участия!

Грета медленно, спотыкаясь, попятилась назад, к двери.

— Послушай… — с надеждой застыла, не желая сдаваться и тем самым спасти меня от неминуемой расправы.

Он сжал кулаки. Полы носа яростно заколыхались, мощно поднимая и опуская его грудную клетку.