Книга (Не) Пара для генерала драконов, страница 136 – Валентина Ладная

Искренняя забота и человеческое участие — все это не только безумно приятно, но и, оказывается, еще необходимо.

— Спасибо…все нормально. Честно.

Грета скупо кивнула, опуская вниз глаза, в которых успела заметить влажный блеск.

А я снова корила себя за ложь.

С каких пор я с легкостью обманываю людей, которые вопреки всему хорошо ко мне относятся?

И уже знала, что, несмотря ни на что, эта женщина, с ее твердым, несгибаемым характером, с добрым огромным сердцем, прочно поселилась в моем сердце.

— А знаешь, Грета, мне правда немного нездоровится.

Она резко подняла голову.

— Ничего страшного, — поспешила ее успокоить, когда прочла в глазах неподдельный страх.

— Хочу несколько дней провести в своей комнате. Попроси, пожалуйста, меня не беспокоить. И еду можно приносить наверх.

Она нахмурилась, но, обведя глазами весь хаос, который устроили здесь строители, согласилась, вытирая свои красивые руки о белоснежный фартук.

И уже было хотела уйти.

— Грета, — остановилась, разворачиваясь. — А у нас есть исцеляющие кристаллы в доме?

Она задумалась на секунду.

— Нет, госпожа. Могу послать за целителем.

Отрицательно качая головой, постралась как можно безаботней произнести следующую фразу.

— Не нужно. Просто голова немного болит.

— Я могу распорядиться, и вам принесут чай.

На том и сошлись.

Я целый день и целую ночь дежурила у постели Ника. Ему два раза становилось критически плохо. Он горел, покрываясь крупными капельками пота, и бесконечно бредил, ища меня в своих несвязных видениях.

Так как целителя звать было опасно, я могла только обтирать его тело влажной материей и давать по капле воды.

От еды он отказывался, упрямо сжимая потрескавшиеся от жара губы. Я все равно подносила ложку с остывшим бульоном, пока не поняла, что мои потуги накормить Ника попросту бессмысленны.

Он таял на глазах. Бледная с серым отливом кожа ластилась от пота.

В очередной раз, ночью, когда сумерки превратились в темную, непроглядную ночь, а я, довольствуясь светом крошечной магической свечи, положила ладонь на лоб метаморфа, вдруг по-настоящему обожглась, отдергивая дрожащую от шока и боли руку.

Резко вскочила, метаясь по комнате, не зная, как поступить.

Ника вывернуло, изогнуло дугой на сбившихся под ним простынях. Он заскулил, корчась, словно от невидимых ударов. А я, кусая и заламывая руки, беззвучно плакала, смотря на его страдания.

Ник!

Он замер, очень мелко и часто дыша…

— Дара… — голос слабло проскрипел.

Быстро подбежала, садясь на краешек кровати, хватая его за горячую сухую ладонь.

— Не говори. Ты очень слаб.

Он с трудом улыбнулся, и облизнув губы приподнял голову.

— Зато ты сильная… — снова падая на подушку закатывая глаза.

Я не выдержала. Резко поднялась и выбежала из комнаты, стремясь куда-то вниз.

Я найду что-нибудь и спасу его!

А когда наткнулась на встревоженную шумом, от моим торопливых шагов, Грету, я уткнулась в ее грудь, рыдая как ненормальная…

— Что случилось, Дара?

Я затрясла головой, захлебываясь от жгучих соленых слез.

— Он… он…

— Кто он? Веррион?

Даже сквозь слезы заметила, как побледнело ее лицо.

— Нет… — и решилась на отчаянный шаг. — Пойдем со мной, — и чуть всхлипывая: — Я не знаю, что делать!

Грета, запахнув на груди тяжелый халат, поспешила за мной. А когда я впустила ее в свою комнату, зажигая магический свет, она вскрикнула, широко раскрывая рот.