Книга Беспощадная любовь (не) главного героя, страница 61 – Валентина Ладная

— Приветствую тебя, Раднор, — ударяет в спину низкий мужской голос. Волна озноба проносится с макушки по позвоночнику, уходя в ноги… Судя по тому, как напрягаются мышцы на руках Раднора, на дружескую беседу рассчитывать не приходится.

— Ты нас не интересуешь. Отдай ведьму и иди своей дорогой.

Слова незнакомца бьют по нервам. Эхом гуляют по воде, соприкасаясь с моим телом. Мне настолько страшно, что сама не замечаю, как начинаю дрожать в его руках.

Раднора же ситуация не слишком впечатляет. Он умудряется и меня успокоить, и свои эмоции держать под контролем. Поразительная выдержка. Замираю, чувствуя, как он проходится рукой по спине, дотрагивается до шеи, где его кожа соприкасается с моей. От этого движения… незамысловатой ласки, когда остро ощущается шершавость на подушечках пальцев, каждая выемка… Боже… Меня буквально выворачивает наизнанку… Уже и не знаю, от чего трясусь больше, — от обжигающих касаний или от того, что меня снова пытаются забрать.

— И тебе здравствуй, Ладомир, — спокойно отвечает Раднор. Но голос отдает сталью.

Даже меня пронимает.

Копаюсь у себя в памяти… Ладомир. Это имя мне точно не знакомо.

Господи… что творила эта женщина, кому мстила, так рьяно и отчаянно… Хотя, судя по ее страшным, леденящим душу воспоминаниям, она имела право на возмездие. Не в таких, конечно, масштабах… но все же я могу оправдать ее чрезмерную жестокость. А возможно… перед глазами вспыхивают ужасные картины… мужчины, нескончаемой чередой измывающиеся над ее телом. И все ради силы… ее силы, которой у нее было столько… что никто не мог иссушить ее досуха. Хотя старались многие. Пока она не обрела обратную способность — забирать через секс силу партнера. Вот тогда она подняла свою голову. Выпрямила спину и стала той, кем являлась.

Может, и я так умею? Нет, отметаю не свои мысли… такое до добра не доведет… я не Оливия и никогда не буду пользоваться ее способами достижения желаемого.

— Раднор, — поднимаю к нему свое лицо, в попытках спросить, что он собирается делать.

— Не мешай… — отрезает мужчина в своей манере. Я прикусываю язык, стараясь довериться ему.

— Попробуй забери, — с усмешкой бросает Раднор, как собакам кость. Очень смелый ход… интересно, их там много?

— Значит по-хорошему не хочешь?

— Я и по-плохому не хочу… Но кто же интересуется моим мнением?

От такой самоуверенности в душе теплеет. И я… не думала, что вообще в такой ситуации могу это чувствовать, но ощущаю гордость за… язык не поворачивается назвать его своим, а как по-другому — еще не знаю… муж, истинный…

— Мы не хотим причинять тебе вред. Нужна только она. Ты и так слишком много шума наделал, когда увел ее.

— Она больше не ваша проблема, — стоит на своем.

— Еще как наша, — отвечают на том берегу. И тело мужчины меняется. Мышцы твердеют, словно он готовится к прыжку.

— Она моя жена… — я слышу, как тяжело даются ему эти слова. Как после веет пронизывающим холодом, точно и не было ничего между нами. Хотя, может, я все выдумала и только я чувствую ту тонкую связь, которая, несмотря на его неприязнь к Оливии, образовалась со мной.

— Что, залез под юбку и совсем потерял ум, Раднор?

— Если бы… ее выбрали духи. Она моя истинная. А ты знаешь, что это означает.

— Врешь!

Гул мужских возмущенных голосов разрывает воздух. Я успеваю насчитать человек десять.