Книга Беспощадная любовь (не) главного героя, страница 59 – Валентина Ладная

— Не можем, — отвечает привычно грубо, и вдруг подхватывает меня на руки, стискивая в своих огромных руках.

Держусь за его плечи.

Несет как пушинку, словно я ничего не вешу. Ловко перешагивает лесной мусор. Я успеваю лишь прижать к нему всё телом и не шевелиться.

А вдруг он передумает, и мне придется самой пробираться через непроходимый участок, через который Раднор идет с такой легкостью?

По лицу то и дело бьют ветки... Но мне так хорошо. Стук мощного сердца успокаивает, а запах, с нотками пота и мускуса, дарит умиротворение.

Господи, я нашла мир среди войны, и мне уже всё равно, куда он меня несет. Пусть хоть прикопает под каким-нибудь деревом. Мне без разницы. Лучше так, чем смотреть в его горящие презрением и ненавистью глаза.

Тело рядом с ним оживает. Потоки необычайной неги гуляют по крови. Я чувствую этот жар. Боль уходит, мышцы наполняются силой. А вот Раднор кажется, начинает уставать.

— Перестань тянуть из меня силу, ведьма, — рычит мне в лицо Раднор, и останавливается на небольшой полянке. Дышит тяжело, словно не шел, а бежал долго и мучительно.

Я не знаю, как это получается, но чувствую я себя, гораздо лучше,

— Я могу сама.

Раднор с выдохом ставит меня на землю. Я оглядываясь по сторонам.

— Сегодня заночуем здесь, — произносит и заваливается на бок...

Не успеваю подхватить. Мужчина без сознания. Тормошу его за плечо. Бледное лицо совсем ничего не выражает. Лишь длинные ресницы дрожат на щеках.

Хватаю его за руку. Она ледяная. И, не придумав ничего лучше, согреваю дыханием. Слегка касаюсь губами его кожи.

И снова это чувство... словно лава по венам плавится... пальцы в моих руках согреваются. А спустя мгновением сжимаются.

— Хватит, — говорит сдавленно, отрывая от меня свою руку. — Не касайся меня больше, — резко поднимается, оставляя после себя пустоту, точно у меня забрали что-то важное.

Облокотившись на дерево, вытягиваю ноги.

Не касайся меня...никак не могу привыкнуть к такой неприкрытой ненависти. Неужели он настолько слеп, что не видит, что я другая.

Ладошкой стряхиваю с одежды грязь.

Я потная и грязная.

Не такая... Но доказывать обратное не имеет смысла.

Затылком касаюсь шероховатой поверхности дерева, прекращая бессмысленные попытки привести себя в порядок.

Он никогда не поверит. Я хоть трижды буду чистой, с причесанными волосами... Он видит только внешность, а то, что там внутри, не замечает.

Хмуро провожаю Раднора взглядом, наблюдая, как он уже вполне оправившись, набирает хворост, как разводит костер. Всё это мужчина делает быстро и молча.

Отворачиваюсь.

Пусть думает, что хочет.

Проходит какое-то время. Я даже успеваю вздремнуть, как меня будит запах — умопомрачительный, заставляющий подскочить. На импровизированном вертеле Раднор готовит какое-то мясо. Глотаю вязкую слюну.

Господи, я уже и не помню, когда в последний раз наедалась вдоволь.

Желудок сводит от голода.

— Подойди, — милостиво приглашает.

Сегодня меня не нужно просить дважды.

Подхожу и сразу принимаюсь за дело, беря с его рук дымящийся кусок. Зубы впиваются в мягкое пахнущее костром мясо. От удовольствия жмурюсь. И чуть не давлюсь первым кусочком, когда ловлю на себе его взгляд, полный непонятных для меня эмоций.

Проклятье, почему я так реагирую на него?

Пристыдившись, отворачиваюсь и, стараясь не обращать внимания на него, ем.