Книга Беспощадная любовь (не) главного героя, страница 31 – Валентина Ладная

Девушка не сдается. Сама льнет к нему, прижимаясь всем телом. Мужчина напрягается, однако обнимает ее за талию, позволяя той положить голову ему на плечо.

Прекрасная картина. В груди неприятно печет.

Зачем я смотрю на все это. Только насилую себя. Собираюсь вернуться обратно, но не выдерживаю и в последний раз оглядываюсь на парочку, стоящую в обнимку, пока не замечаю на себе взгляд девушки.

Делаю шаг назад.

Не может быть...

Девушка точно смотрит в то место, где я сейчас стою. И мне даже отсюда видны ее глаза, в которых горит огонь триумфа.

Отворачиваюсь, оглушенная клокочущим стуком собственного сердца. Рывком заглатываю воздух. Перед глазами продолжает стоять взгляд той девушки. Преследуя. Осуждая. Никак не могу избавиться от давящего чувства неправильности происходящего. Я словно застряла в зазеркалье... и все, что я до этого считала неприемлемым... здесь, в этом чужом мире, является нормой для меня. И даже больше. Стало неотъемлемой частью моей новой жизни. Оказывается, это так разрушительно для сознания, для души, когда то, что ты всю осознанную жизнь осуждал, теперь твоя реальность. И для тебя больше не существует иных принципов и морали. Есть только голая правда.

Та девушка... она имеет право так относиться ко мне... Представляю, как ей плохо... от осознания того, что не она имеет право быть с ним... что теперь другая займет ее место. Пусть не любимая... но зато законная.

Боже. Почему я? Почему не кто-то другой оказался в теле Оливии. Кто-то менее чувствительный. Менее совестливый.

Ведь всем было бы проще.

Я, воспитанная бабушкой, как никто другой верила и, что самое ужасное, верю до сих пор в настоящую любовь. Как теперь жить с тем осознанием, что именно мое присутствие мешает этой паре быть вместе.

Ужасно...

Перехожу на бег. От переизбытка нахлынувших чувств я совсем не разбираю дороги. Бегу в темноту. Подальше от этого места, где я чужая. Не нужная. И совершено потерянная. Слезы отчаяния обжигают кожу. Бок простреливает колючая боль. Мышцы деревенеют, работая на полную мощность.

Останавливаюсь только тогда, когда в груди начинает все гореть.

Сгибаюсь пополам, дыша рвано и часто.

Пробежка помогает выплеснуть боль. Освободить место для чего-то другого. Еще пока не знаю, для чего именно. Но я рада, что смогла отпустить себя. Иначе бы мое самоедство ни к чему хорошему не привело. Мне и так тошно... а с такими мыслями просто невыносимо.

Оглядываюсь по сторонам.

Далеко я убежала.

Почти до конца поселения. Вдалеке с разных сторон переговариваются собаки, лая скорее по привычке, чем от злости на свою долю.

Медленно разворачиваюсь, собираясь вернуться обратно. В свой дом, где, если честно, я не знаю, что буду делать. Бороться или строить планы совсем не хочется.

— Привет, — раздается из темноты.

Я вздрагиваю, всматриваясь в невысокий темный силуэт. Фигура выходит из тени дома, точно давая возможность себя рассмотреть. На душе теплеет, и страх от неожиданности моментально растворяется, исчезает в ночной прохладе, оставляя вместо себя радость от встречи.

Мальчик. Тот самый.

Он делает несколько шагов в мою сторону, держа в руке какой-то сверток.

Я, чтобы быть наравне с ним, присаживаюсь на корточки. И тепло приветствую его улыбкой, разглядывая лицо мальчика. Как всегда, не по-детски серьезный. Взгляд сильный, проницательный, словно ему... навскидку, кстати, ему можно дать лет двенадцать... может, и меньше.