Онлайн книга «Избежать судьбы второстепенной героини»
|
— Ваше Величество, Вы хотите сказать… — канцлер верно считал атмосферу и всё понял. — Это меняет дело! — я увидела в его глазах азарт, он предвкушал самую крупную сделку своей жизни. — Вот теперь ты мыслишь верно, граф, — довольно ответила королева-мать. — Церковь не сможет одобрить подобный брак… Богиня… — робко влез в разговор Первосвященник, то тут же был отсечён и заткнут короткой фразой Августины: — Если корона скажет — вы одобрите любой брак. Теперь это был не аргумент в споре, а приказ. Чёткий и понятный, без возможности сказать «нет». — Вы наградите графа Хайфилда новым титулом и землями. Думаю, титула герцога и земель из конфискованных в пользу короны будет достаточно, — приказным тоном произнесла королева-мать, а после повернулась ко мне с самой доброй на свете улыбкой. — А теперь, девочка моя, ответь, ты согласна на этот брак? Я застыла, глядя на неё. Брак?.. Я несколько минут назад уже мысленно ехала в монастырь, готовилась к изгнанию и отречению от семьи, ещё подстраивала свою смерть, а сама пряталась навеки в тени. А сейчас мне предлагают то, от чего не отказываются — брак с любимым человеком. И положение самой могущественной женщины на континенте сверху. — Я… — я еле разлепила высохшие губы. — Я согласна… Глава 40 Не знаю, как нас выпроводили из зала, но я очнулась только тогда, когда мягкий тёплый ветер обдул моё лицо, ещё сохранившее следы от слёз. Константин молча вёл меня за руку куда-то в глубь сада. Я смотрела на его спину впереди и пыталась вспомнить, что вообще было после моего «Я согласна…». Кажется, Августина сказала нам пойти поговорить, а Майкла оставили как представителя рода для разговора. Константин несколько раз останавливался, словно что-то искал, а я просто пыталась понять одно. Зачем ему это всё? Ввязываться в столь сложный по структуре брак из-за одной ночи?.. Или я где-то что-то упускаю?.. Как вообще в этой истории оказалась королева-мать? Я ничего не понимала. Мне не хватало будто куска истории, словно из книги вырвали важный эпизод, который аукается на сюжете далее. Через несколько минут я обнаружила, что мы пришли к беседке. Той самой, где меньше месяца назад я просила расторжения помолвки у Ричарда. С плетистыми розами королевы-матери, двумя стульями и столом, где обычно королевская чета или сама Августина пьют чай или иные напитки. Константин мягко усадил меня на стул и встал на одно колено передо мной. Он взял мои руки в свои и поднял на меня глаза. Богиня… лучше бы я в них не смотрела. В них было столько сожаления о случившемся и безграничной нежности, что сердце невольно сжалось. В отдалённой части мозга всплыла чёткая фраза: «Он сейчас признается». Признается в том, что я отвергала. Что усложнит наши и без того непростые отношения. И что разобьёт созданный вокруг меня барьер молчания о своих чувствах. — Не говори ничего… — прошелестела я, чувствуя, как предательские слёзы снова жгут и без того воспалённые глаза. — Пожалуйста… — Я обязан сказать, — твёрдо произнёс он, взяв моё лицо в свои руки и вытирая уже выступившие слёзы. — Лия… — Не надо… Прошу… — Я думал, что такое бывает редко, — говорил тихо он, ласково гладя меня по щекам, я невольно накрыла его ладони своими, а на губах расцвела глупая улыбка. — Что императорам не дозволено это. Что не дозволено влюбляться так, словно он какой-то мальчишка. |