Книга Академия Квинтэссенция. Игры четырех стихий, страница 31 – Мария Никулина

— Ну почему мне всегда все падает на голову, а не как нормальным людям прямо в руки? — Возмутилась я.

Это была заговоренная записка. Я её раскрыла и прочитала:

"Доченька, свяжись со мной по зеркалу, как освободишься. Мама".

Лора все видела.

— Что-то срочное?

Я перепугалась.

— Вдруг что-то случилось с папой? Неужели он... умер? Мне нужно их увидеть!

— Но ты не можешь, — сказала Лора. — Тебе нужно к портным, причем прямо сейчас.

— Тогда я быстренько напишу им, чтобы узнать, все ли в порядке.

Я подскочила к столу и принялась рыться в полках. Наконец я нашла оплывший огарками подсвечник, поставила в него свечу. Пока искала спички, Лора уже сама нашла их подожгла фитиль. Я оторвала от пергамента клочок, открыла чернила, обмакнула в них перо и нацарапала: "Папа жив?"

Подписи не оставила — и так все понятно.

Я придвинулась к свече и продиктовала номер мамы — единственный, который я знаю наизусть. С каждой цифрой огонь из алого становился зелёным. Когда я закончила, пламя полностью позеленело. Я сожгла записку. Пепел тут же поднялся в воздух и исчез, чтобы появиться у моей мамы.

Прошло буквально пару минут, и мне свалился на голову ответ:

"У папы без изменений. Я хотела поговорить насчёт Игр".

Я выдохнула.

— Ну что ж, по крайней мере обойдёмся без похорон. Меня просто в очередной раз назовут предательницей.

— Уверена, твоя мама не будет этого делать. Пойдём, а то опоздаешь. Мне по пути, так что провожу тебя.

Я быстрее ветра переоделась в форму и расчесалась. Мы направились к воротам. Башня восточного крыла ближе всех находилась к выходу с территории академии. Здесь мы распрощались. Лора отправилась гулять по городу, а я забежала внутрь башни.

Холл был пуст. Я поднялась по винтовой лестнице на второй этаж и открыла тяжелую кованую дверь. Внутри оказалась лишь женщина средних лет и такого же среднего телосложения. Ее каштановые кудрявые волосы торчали во все стороны, но при этом темно-зеленое платье было сделано по последнему слову моды — со сложной вышивкой и глубоким вырезом в районе декольте. Похоже, это была портниха.

— Здравствуйте, — сказала я.

Портниха улыбнулась.

— О, вы, должно быть, таинственный игрок с факультета воды! Как вас зовут? Обещаю, это останется в секрете.

— Ирен.

— О, чудно. Зовите меня госпожа Поммель. Подходите поближе, я сниму с вас мерки.

Я вошла в просторную комнату, устеленную ковром пурпурного цвета. Тут и там стояли зеркала в резных рамах. Я оглянулась — ширмы нигде не было.

— А где же мне раздеваться? — Спросила я.

— О, не нужно, — госпожа Поммель отмахнулась, — просто снимите мантию, этого будет достаточно.

Я сделала, как она велела, повесив мантию на вешалку у входа. Портниха поманила меня к себе. Я подошла к ней, и та принялась с помощью портной ленты измерять меня с ног до головы, щебеча, как птичка:

— О, вы, как истинная дама, немного припозднились. Остальные участники уже были здесь. Все как на подбор. Соперники у вас, я смею заметить, весьма достойные. Особенно этот, рыженький, с факультета огня. Да, у него будто искорки в глазах! Такой обходительный!

Интересно, я когда-нибудь смогу отдохнуть от Эйдана? Только я выкинула его из головы, как о нем начинают говорить все вокруг. Я уже молчу о том, что мой чудесный сон прервала его сестра.