Книга Академия Квинтэссенция. Игры четырех стихий, страница 3 – Мария Никулина

Мантия у девушек застёгивалась лишь до пупка. Сделано это было специально, чтобы она красиво окаймляла по бокам юбку. Предполагалось, что парни будут застёгиваться сверху донизу, но на деле они носили мантию небрежно, нараспашку, и никакие увещевания деканов не могли победить моду.

Каждый раз, когда я беру мантию в руки, всегда любуюсь вышивкой у самого сердца. Именно там красуется эмблема академии — звезда с четырьмя лучами, каждый из которых выкрашен в цвета факультетов. Такой же герб красуется и у входа. А старинные коридоры испещрены гербами тех студентов, кто смог стать гордостью академии. За сотни лет на потолках и стенах не осталось свободного места, поэтому столь славную традицию пришлось прервать.

Мы вошли в бальный зал. Оказалось, транспаранты с приветствиями повесили и без нас, так что мы не сильно прятались, когда Аварис зашёл вслед за Эйданом. На сцене приготовили трибуну и шесть мест, четыре из которых предназначались для главных гостей. Выглядело роскошно.

Зал довольно быстро заполнился зрителями. Наконец, Аварис, который все это время суетился у сцены, вышел встречать гостей. Через пару минут в дверях появился господин Мориус, глава академии “Квинтэссенция”, которого за глаза называли просто по имени — Тритон. Ректор был пузатым седым старичком, который умудрялся одновременно вызывать любовь и страх вперемешку с уважением. Аварис выслуживался перед ним — видимо, хотел доказать, что недаром недавно сел в кресло проректора.

За ними последовала делегация из четырёх мужчин в длинных тёмных мантиях. Каждый из них был чиновником королевского двора, который представлял одну из четырёх стихий. Их называли магистрами. Ежегодно они посещали Игры, чтобы наблюдать за порядком.

Но сегодня им придётся столкнуться с беспорядком.

Процессия под аплодисменты взобралась на сцену. Ректор сразу подошёл к трибуне, в то время как гости с проректором сели на свои места. В тот же момент на них обрушился поток воды, из-за чего они промокли до нитки. Лишь Тритон остался сухим. Он с недоумением наблюдал за происходящим. Затем ахнул:

— Феи!

Маленькие крылатые создания — любители устроить шалость, но чтоб такого уровня! Их явно кто-то подговорил. И я, кажется, знаю кто.

Феи нагнали тучи прямо под потолок и прыгали на них, вызывая дождь. Будучи магом воды, Тритон мигом развеял тучи. Но феи на этом не успокоились. Они сорвали приветственный транспарант. Оказалось, под ним красовалась другая надпись. Теперь вместо «Добро пожаловать на Игры четырёх стихий» можно было прочесть: «Долой Игры четырёх стихий».

Аварис рвал и метал, отгоняя молниями фей. Те дразнили его, дёргая за одежду. Гости из королевской делегации сидели, как в воду опущенные. Зал гудел. Кто-то возмущался, кто-то посмеивался. Тритон свёл брови в праведном гневе.

— Нет, так не пойдёт!

Он направил руки на облитых гостей и собрал с них воду с помощью своей магии. Затем поток жидкости поднялся под потолок, к феям. Те в страхе тут же поспешили в окна и двери, поскольку вода опасна для их тонких крылышек. Лишь парочка всё ещё пыталась донимать Авариса, но вскоре от них осталась только сверкающая пыльца в воздухе.

Тритон откашлялся.

— Феи известны своими шалостями…

— Это не шалость! — возмутился проректор. — Это запланированная провокация!